Мама умерла через год после того, как я к ней переехала. Страшная авария, в которую она попала, не оставила ей шанса. Несчастный случай. И все о чем я думаю, что это моя вина, моя и его.

Он был моим всем: всепоглощающей страстью, ненасытным животным, ласковым зверем, безумием, любовью всей моей жизни. Я была для него никем. Он жил с моей матерью. Я ревновала. Ненавидела себя за это, но ревновала. Мама была хорошенькой, в сорок три выглядела, словно моя старшая сестра, и мы были очень похожи, должно быть по этой причине я вызывала у него интерес. Достаточно худая, но не костлявая, грудь второго размера, каштанового цвета волосы, ниже лопаток. Мама чуть крупнее и выше, волосы немного короче, чем мои, у нас одинаковые серо-голубые глаза и маленькие веснушки на носу. Он видел во мне ее, только моложе. Я ненавидела это каждой клеточкой своего тела, и его ненавидела за то, что не мог любить меня, как я его, и себя за то, что всегда сдавалась и поддавалась его желаниям. Отдавала всю себя. Была одержима. Мои демоны бы сожрали меня, если бы я осталась, да и отец приказал вернуться. Выбора особо не было. Я была подавлена, сломлена и опустошена. Никакой Адриан Вестардо не смог бы меня спасти, а главное, он и не собирался. Он не знает ничего кроме грубости, хорошего траха и принадлежности одного к другому. У него, как и у моего отца: все продается и все покупается.

3 июля 2014

Открываю глаза, закрываю их, снова открываю, ничего не меняется. Я словно умерла. Это конец моей жизни. Или ее начало. Боль тисками сдавливает виски, слезы душат, я не выпускаю их. Хочется орать. Это то, что должно было произойти, чтобы я поняла? Нет, я поняла это раньше, но не хотела ничего с этим делать. Нет пути назад. Прошла только неделя. Он не тревожил меня, но сегодня пришел, сюда в дом моей матери, хватило же наглости. Я ненавидела его прежде, за отношение к себе, теперь я ненавижу его такой ненавистью, которой даже не хватает места внутри меня. Я собрала некоторые вещи, которые могут пригодиться мне первое время. Пока ждала такси, обошла весь дом, разглядывая все, как в первый раз.

Я впустила его, потому что нет сил сопротивляться. Какая мне теперь разница, я все равно уезжаю. Он сразу обратил внимание на чемоданы у порога, мой взгляд не выражал ничего. Пусто.

– Отдых пойдет тебе на пользу, mana milestiba*.

– Это не отдых. Я возвращаюсь в Россию.

– Если тебе нужны деньги..

– Мне не нужны ТВОИ деньги. Говори, зачем пришел и проваливай.

Он приближается, хватает меня за подбородок и вздергивает его вверх, заставляя меня смотреть на него. Так как он любит. Мои глаза наполняются слезами. Он имеет огромную власть надо мной, и я ненавижу это. Ненавижу то, что готова убить ради него, но больше ненавижу его за то, что потеряла из-за него.

– Мне не нравится твой тон, berns*.

– Отпусти меня. – Я почти молю.

– Не могу, детка. – Качает головой. Дьявол. Телефон звонит. Спасибо Боже.

– Это такси. – Сглатываю ком, образовавшийся в горле.

– Отмени.

– У меня самолет через два часа. – Не замечаю, что шепчу, почти потеряв весь воздух.

– Хочу, чтобы ты умоляла, mana milestiba*. – Он опускается передо мной, проводит языком по моей нижней губе, я издаю легкий стон.

– Прошу. Тебя. – Мне правда нужно успеть на самолет, но я ничего не могу сделать с влиянием этого мужчины, я ненавижу его, ненавижу себя, но когда он касается меня..

– Просишь о чем? – Сладко. Томно. Одним движением руки он задирает вверх мое легкое летнее платье и стягивает к коленям мои трусы. Я вся дрожу. – Mana meitene*.

Он бросает меня на диван, я тяжело дышу, когда его горячие властные губы касаются внутренней части моего бедра. Нет, я не могу себе этого позволить, я омерзительна сама себе. Это дом моей мамы, ее диван, это ее мужчина! Ногами отталкиваю его от себя, подрываюсь с дивана. Этого не произойдет больше, не здесь. Никогда больше. Его грудь вздымается и опускается, так же часто, как и моя. Я никогда не отвергала этого мужчину, он пользовался мною слишком долго, но всему приходит конец. Должен был прийти раньше, до того, как нечто ужасное произошло с мамой, но мы играли, играли до последнего. С меня хватит.

– Убирайся. Уходи! – Кричу, бью его в грудь. – Проваливай из моего дома, из моей жизни, Адриан!

Он не делает ничего, просто смотрит на всплеск моей истерики, который видит впервые.

– Ты просто смешна. – Он с отвращением фыркает в мою сторону, я вся дрожу то ли от злости, то ли от страха.

– Если ты не уйдешь, я убью тебя, клянусь своей жизнью! – Кричу, что есть силы, боль сковывает, я падаю на колени. – Нет ничего хуже, чем любить тебя. Убирайся.

Что я делаю? Прогоняю его, избавляюсь от грязи и пафоса, ценою своих страданий. Чего я хочу на самом деле? Чтобы он поднял меня с этого пола, обнял, сказал, что все хорошо и мы ни в чем не виноваты, но я знаю, этого не будет. Он уйдет, как всегда это делал, как только я показывала ему чуточку своей любви, он убегал.

– Ты знала, с кем связываешься.

Нет, не знала.

*. mana milestiba (латыш.) – Любовь моя.

*. berns (латыш.) – Ребенок.

*. Mana meitene(латыш.) – Моя девочка.

1 ноября 2016

Сегодня презентация какого-то программного обеспечения, я летаю в облаках, грызу ручку, что совершенно не свойственно для наследницы всей корпорации «Ай Би Дженерал». На самом деле с две тысячи восьмого года, папа владеет лишь шестью десятью процентами, и чтобы получить обратно остальные сорок, я должна выйти замуж за мужчину, который мало того, что почти втрое старше меня, так еще крайне мне не симпатичен. Один раз я уже избежала замужества, но теперь некуда бежать, лишь остается бесконечно ломать голову, размышляя над тем, что делать, как выкрутиться. Я дала себе отсрочку в четыре года, сбежав в Латвию, часики тикают, я жду самого наихудшего, уже привыкла. Вообще нас бы давно поженили, но мой папа поставил на меня новую цену, еще двадцать процентов фирмы этого хрыча – моего жениха. Он все еще думает. Я не лезу в это. Отношений не завожу – боюсь. Разве что только на один вечер. Не влюбляюсь. Никогда не остаюсь на ночь и не оставляю номер телефона. Я знаю, что в итоге меня ждет. Продажная жизнь. Сегодня день, когда все решится, поэтому я нервничаю. Либо я выйду замуж и, папа получит обратно часть фирмы, и еще долю чужой, либо мы будем посланы ко всем чертям, и отец до конца дней будет считать себя бедным, меня виноватой во всех смертных грехах. Вероятно, он закроет мои счета, лишит дома, машины и всего-всего, что у меня есть, и сам полностью от меня откажется, либо же будет искать более выгодный способ, как и на чем нажиться.

– Эй! Земляне, космос вызывает! – Кто-то кладет руку мне на плечо, я вздрагиваю, оглядываюсь по сторонам, конференц-зал пуст, позади меня стоил Лиза Кудрина – заместитель директора отдела продаж и моя подруга. Ну как подруга, иногда мы напиваемся вместе, раз, может два в месяц, мы позволяем себе пойти в клуб и зависнуть на всю ночь, познакомиться с кем-то, а на следующее утро забыть обо всем. Ну, это как бы говоря.. На самом деле мое похмелье не дает о себе забывать.