— Ты там как?

Я обернулась на вежливый стук в закрытую дверь.

— Ага, все хорошо, сейчас выйду.

Я провела рукой по волосам: ничего не поделаешь, они высохли, и теперь непокорные кудри торчали, как хотели. Макияжа на мне не было, да и впечатлять я никого не собиралась.

Я вышла, цокая каблуками. Стар стояла у стены. Теперь мы были одного роста. Я заметила, что она тоже переоделась: на ней были туфли, похожие на мои, но с каблуком поменьше.

— Ааа, ты выглядишь сногсшибательно! — воскликнула она. — Знала, что будет круто, если у меня будет подружка!

Я даже замерла:

— У тебя что, никогда не было друга?

Она помотала головой, волны шелковистых темных волос гладили ее плечи.

— Нет, я впервые покинула дом. Это было непросто, так что буду наслаждаться свободой по полной.

Я почувствовала внезапную симпатию к ней:

— Если уговоришь братьев меня не убивать, с радостью буду твоей подружкой.

Несмотря на все предыдущие попытки помнить кто она, а кто я, Стар мне очень нравилась. Было в ней что-то невинное, что меня притягивало.

Она взвизгнула:

— Ааа, мы будем лучшими подружками, это точно!

Стар была очень нежной, ее нужно было защищать, может поэтому я и чувствовала связь с ней.

— Надеюсь, Лексен еще не вернулся, — сказала она, когда мы вошли в зал. — Он, как и отец, не любит, когда его приказы не выполняются, и начинает капризничать.

Я хрюкнула, Стар внимательно глянула на меня.

— А по мне, он самовлюбленный засранец, думающий, что его слово — закон, но да, если хочешь, то капризный — вполне сойдет.

Стар несколько раз моргнула, но сказать ничего не успела — перед нами уже возникла здоровенная тень.

— Вниз, — спокойно-холодным голосом сказал Лексен, его сестра даже подпрыгнула от неожиданности, но не двинулась.

— Только пообещай, что не сделаешь ей ничего плохого, — сказала она. — Эмма — моя подруга.

— Обещаю, даже пальцем ее не трону, только задам несколько вопросов. — Его суровое лицо было прекрасно.

Стар сочувственно посмотрела на меня:

— Ладно, буду ждать тебя внизу. Может, потом кино глянем вместе, я столько об этом слышала.

Да уж, если они хотят и дальше прикидываться нормальными людьми, придется поработать над поведением Стар. Она метнулась к лестнице, на бегу быстро обняв Лексена.

Стоило сестре скрыться, как взгляд его темных как космос глаз оказался прикован ко мне.

— Кто ты такая? Зачем на самом деле преследовала нас? Какой семье ты подчиняешься? — Его тон был холоден, несмотря на горящие глаза.

Ну, понеслось.

— Меня зовут Эмма Уолтерс. Я шла за вами, потому что думала узнать у вас хоть что-нибудь о моих пропавших приемных родителях. И я понятия не имею о чем ты. Семьи? Это те, из учебника Мистера Перкинса? Ну, вы — потомки семьи Даркен и остальные…

Я немного отступила, когда он приблизился. На каблуках я была почти по его плечи, но все равно он был гораздо выше. Ни за что не покажу этому гаду как мне страшно.

— Если выяснится, что ты шпион Импириалов, дела твои будут плохи. Они уже много лет пытаются подобраться к нам, но никогда бы не подумал, что они могут пасть столь низко.

Он был в ярости. Я ответила ему, показав средний палец:

— А не пошел бы ты, козел? Не знаю ничего ни о каких там Импириалах.

Он отшатнулся, будто находиться так близко ко мне — было невыносимо.

— Совет пытается выяснить судьбу твоих опекунов. Оказывается, Финниганы какое-то время уже находились в поле их зрения, но куда они делись неизвестно. Поэтому Совет настоял на том, что до выяснения обстоятельств ты останешься у нас.

Я покачала головой:

— Ну уж черта с два. Мой дом — напротив, и мне там хорошо. Уже привыкла жить сама по себе. — Хорошо уже, что Финниганов начали искать. Оставалось надеяться, что я не испортила все, и что когда их найдут, им не причинят вреда.

Лексен обреченно зарычал:

— Да да, я уже пытался убедить их, что твое присутствие в нашем доме совсем не нужно, но Совет был непреклонен. Сейчас не лучшие времена, спорить с Советом бесполезно, а с этим мирным договором… — он прервался, а я подошла поближе.

— Кто вы вообще такие? — Я больше не собиралась скрывать, что подозреваю их не совсем человеческую природу. Из всех Даркенов Лексену я доверяла меньше всех. Я, да и, наверное, все люди в общем, были ему неприятны. Может поэтому, я задала этот вопрос именно ему: уж он-то не станет юлить, а скажет как есть, ничего не скрывая.