Его веселость как ветром сдуло. Я глубоко вздохнула — наверное надавила на больную мозоль:

— Ладно, видать не мое дело, — как можно беззаботнее постаралась сказать я.

Я прыгнула на ближайший транспортер — не важно, в мою сторону он шел или нет. Даже не оглянулась, шел ли Джеро следом. И зачем я только спросила это? Нельзя было позволять себе эмоционально привязываться к Даркенам. Ведь я их совсем не знала и, без сомненья, для них я была пустым местом.

К тому же, нужно еще разыскать свою, хоть и приемную, но семью. Хватит страдать ерундой, пора действовать.

— Он не ненавидит тебя, — внезапный голос Джеро заставил меня резко развернуться. Черт, неужто они еще и тише меня ходят? — Просто ему не очень нравится, что теперь он обязан быть здесь. Твой вопрос на уроке… Да, в этой школе всегда были представители всех четырех домов, но это было добровольно. Чаще всего это были представители более низких слоев нашего общества, которым нравилось получать бонусы от перемирия между нами и вами. Теперь появились новые законы. Он… скажем так, он попытался оспорить решение совета, и его жизнь круто поменялась. В общем, он старается справиться, как может.

Я развернулась вперед:

— Да, понимаю каково это, — пробормотала я. Ведь вся моя жизнь махом сгорела в огне.

Весь остальной путь мы молчали. Он изредка брал меня под руку, помогая сойти через боковой выход на транспортере — уже понял, что я никогда не научусь делать это, как следует. Потом мы дошли до спортзала, и я покорно вошла в женскую раздевалку. Не обращая внимания на пристальные взгляды, сосредоточенно переоделась в спортивную форму: белую рубашку, черные шорты, белые носки до колен и кроссовки. Вышла в зал, проклиная все вокруг.

Это было здоровенное овальное помещение, почти полностью под крышей. Тут была и дорожка для бега, волейбольная, теннисная площадки, олимпийский бассейн, тренажерный зал и много еще чего. Только подумать, кучи денег потрачены на таких вот как я.

Встала в хвост шеренги, стараясь лишний раз не отсвечивать. Лексен точно был где-то тут. Учитель вышел вперед. Я заметила его белую рубашку и свисток.

— Так, — крикнул он. Свисток подпрыгивал на его груди, — Делимся на две группы. Первая будет играть в волейбол, вторая в футбол. Но сначала — разминочный бег.

Он дунул в свисток, кто-то недовольно проворчал, но в основном все без особого нытья побежали. Я топталась на месте, старательно выдумывая отмазку. Обязательные уроки физкультуры, по-моему пора бы уже приравнять к дискриминации против людей с плохой координацией.

Надо выяснить, существует ли протестное движение против таких вещей.

— Ты должна бегать. — От этого низкого голоса по всему телу опять побежали мурашки. Ну как. Как он это делал? Почему каждый раз его присутствие и голос воздействовали на меня так сильно?

Зато паниковать перестала, так что я сообразила на лице улыбку и обернулась. Твою ж мать… Ну за что? За что? Будто мало было моего влечения к нему, так теперь он был в спортивной форме… Сквозь белую рубашку отчетливо бугрились мышцы. Я запрещала себе даже краем глаза глянуть на его задницу — ибо знала, она идеальна и будет выглядеть слишком аппетитно в шортах.

— Я не бегаю, — пикнула я и скрестила руки — мурашки повсюду, еще и соски торчат. Дурацкое предательское тело! — А разве ты не в футбольной команде, а?

Он кивнул, неотрывно глядя на меня. Господи, он хорош — свалить бы его на землю, да содрать одежду…

Нет, Эмма! Он не человек! Запомни уже!

— Да, — ответил он, я даже и забыла, что задала вопрос, — Но тренер иногда заставляет нас заниматься и другими видами спорта, чтобы не терять гибкости. А основная футбольная тренировка будет во второй части урока.

Я закивала как дура. Почти все бегали, а мы с Лексеном стояли, такие, болтали. Люди оборачивались на нас, запинались и болтали. Промелькнула пара напряженных и озлобленных местных девочек-суперзвезд. Вот уж не хватало мне еще и их злить.

Дерьмо. Я побежала. И вот, десять шагов, дыхание сбилось, в груди зажгло, сердце закололо. Ничего хорошего из этого не выйдет!

Лексен расслабленно бежал рядом. Точнее, он быстро шел. Конечно, его ноги раза в два были длиннее моих. На середине первого круга, бок начал ныть.

— Думаю, нужно заняться твоей формой, — удивленно произнес он.

А вот мне было невесело. С радостью наорала бы на него, но дыхания не хватало, даже чтобы дышать.

Поэтому, молча, показала средний палец и успокоилась.