Железный дровосек, из–за своих габаритов, моего трюка повторить не смог. Правда ему этого и не требовалось. Начав резкое торможение, он стал рывками увеличивать размеры плазменного поля. Каждый такой рывок раздувал рыжую сферу на добрые пять метров, отчего разъедающая все на своем пути плазма, буквально дышала мне в спину, обещая поглотить решившего бросить вызов ее создателю наглеца.

Понимая, насколько опасно наше положение, Эль перестала голосить и начала молиться. Услышав обращенные к Творцу слова молитвы мелкой, я чуть было не сбился с ритма, рискуя окончательно угробить нашу физическую оболочку.

Граница комнаты приближалась с неимоверной скоростью, роботы–горшки активировались шеренга за шеренгой, а плазменное поле все разрасталось. Не предполагая, что Железный дровосек будет способен выдать столь впечатляющую мощность своего ультимативного навыка, я уже всерьез начал опасаться за наши жизни, раздумывая над тем, а не присоединиться мне к сборщице в ее занятии?

Но, хвала Творцу, плазменное поле наконец–то прекратило свой рост. Наверняка этому поспособствовали активированные роботы–горшки, десятками посылавшие в него свои лазерные выстрелы. Вспоминая свой бой у входа в рободанж, я знал, что они не способны точно прицелиться, если их противник находится в движении. Взяв в фокус позицию моего тела в момент выстрела, они именно туда и наносили свой удар. Именно поэтому практически все выстрелы активировавшихся гигантов – пришлись на плазменное поле. Железный дровосек, в свою очередь, абсолютно не считался с жизнями приспешников. Не успев вовремя затормозить, его плазменное поле поглотило десятки роботов–горшков, растворяя их металлические тела и тем самым помогая мне сокращать их количество.

Уничтожив несколько десятков роботов-горшков, Железный дровосек все же остановился. Его плазменное поле прекратило расти. Потеряв свою насыщенную рыжую окраску, оно пошло разводами, из которых стали образовываться дыры.

– Ефим, оно распадается! Эта тупая болванка превысила свой лимит! – Радостно воскликнула Эль.

– Ага, воздай еще одну молитву Творцу за это. – Саркастично ответил я.

– Я же исследователь, Высшее существо! О каких молитвах вообще может идти речь? – Задрав нос, словно бы десять секунд назад ничего и не случилось, пафосно прокомментировала мое предложение сборщица.

– Ну–ну. – Усмехнулся я, не став дальше развивать эту тему.

Бой еще не закончен!

“Активировать частичное разложение. Минимальная мощность”

Отдав НСУО очередной приказ, я оттолкнулся от стены и на той же максимальной скорости побежал по направлению к Железному дровосеку, который внес в ряды робоармии “горшочников” довольно сильный беспорядок. Справиться с ее остатками, и потерявшим свое главное оружие “генералом” – будет уже полегче!

Вот только, как оказалось, “генерал” совершенно не собирался сдаваться. В его металлической пирамидальной голове вообще не существовало такого слова.

Быстро проанализировав ситуацию, Железный дровосек решил достать из рукава свой последний козырь. Его тело ярко засветилось, и от него по распадающемуся на части плазменному полю снова прокатилась энергетическая волна.

Точно такими же толчками он только что расширял его, поэтому я испугался, что это была финальная атака – “типо из последних сил”. Но набрав крейсерскую скорость, мое тело никак уже не успевало перед ней затормозить, поэтому громко закричав, я бросился прямо на робота.

Вопреки моим ожиданиям, роковой вбстречи с рыжей субстанцией не наступило. Пуройдясь по сфере, энергетическая волна окончательно рназорвала ее структуру. По всей поверхности плазменного пзоля начали вспыхивать десятки плотных оранжевых огоньков и та часть поля, которая находилась рядом с ними, стала обволакивать их. Таким образом, одна огромная сфера разбилась на пятьдесят с лишним плазменных пузырей, которые одновременно рухнули на поле боя, покатившись в разные стороны.

Встречая на своем пути препятствия в виде роботов–горшков, эти пузыри моментально обволакивали их, растворяя в себе, после чего все это дело превращалось в большую токсичную ржавую лужу, наступать на которую не рекомендовалось даже в металлической обуви.

Несмотря на подобную, невероятно мощную атаку Железного дровосека, я все же не стал менять своей главной цели. Ловко маневрируя между плазменными пузырями и помогая там, где надо роботам горшкам встречаться с ними, я через полтора десятка секунд наконец–то добрался “генерала”.

Заметив меня, его глаза снова вспыхнули красным, и из них в мою сторону устремилось два тонких лазерных луча.

– Не возьмешь! – Закричал я в ответ на атаку дровосека, перекатом уходя влево.

“Частичное Разложение по контуру секиры – активация!”

Поднявшись на ноги, я моментально сблизился с роботом и одним рывком вырвал у него из тела свое оружие. В бок мне тут же прилетела увесистая плюха от удара металлическим кулаком.

Лог КИУ

– 127 (427–300, основа – физическая атака)

“Уровень жизнеспособности опустился до 66%” – известила НСУО.

От второго добивающего удара правым кулаком сверху я как–то смог увернуться. От полученного урона и новых перегрузок – в глазах начало двоиться, но я старался не терять из виду свою цель. Когда кулак Железного дровосека опустился на металлический пол комнаты второй раз, я воспользовался этим, чтобы одним махом отрубить ему часть руки, почти до самого локтевого сустава. Все же хорошо, что мое оружие не какой–нибудь полуторный меч, подобной зубочисткой я разве что в носу поковыряться у него бы смог.