На подъеме металлическая стела на бетонном основании – «Алеевский район», а дальше асфальтовая полоса ныряла вниз, деля золото пшеничного поля черной практически идеально прямой линией. Через километра полтора спуск заканчивался и на протяжении около двух — трех кэмэ местность была идеально ровной, затем дорога взбиралась на следующую невысокую гору, поросшую редким лиственным лесом. Именно она и ограничивала видимость, а так простор такой – дух захватывало. Справа перед подъемом к главной примыкала широкая грунтовка, выходящая из деревни дворов на сто. Крыши тонули в зелени, чуть дальше изгибалась, блестевшая серебром лента довольно широкой реки, образующая пруд.

Смотрел сейчас — «ляпота», как говорил в свое время Иван Васильевич. Безбрежная синева неба, редкие белые облака, зелень, золото, и все краски до нереальности яркие, будто попал в фильм отечественного производства, где чувство меры являлось категорией умозрительной.

Так, а это что такое?

Нет, показалась!

Просто небольшой кластер с пахотой, посреди колосящейся пшеницы, а мне все стаи мерещались.

Вновь прислушался. Тихо-тихо. И только сорока орала пусть и еще далеко, но значительно ближе. Осмотрелся. Вроде бы никого. Опустил автомат и взялся за бинокль. Послышался приближающийся звук двигателя «Урала», затем он стих. Заглушили двигатель?

Оторвался от оптического прибора, и быстро головой на триста шестьдесят. Нет, все же когда один, гораздо страшнее. Кажется, как только ты отворачиваешься, какая-то голодная тварь со спины подбирается ближе и ближе, двигаясь бесшумно, прячась в тенях, но неумолимо, как тот Рок, готовая в мгновение, одним легким движением оторвать тебе голову. Это вспомнился Каспер.

И опять окрестности деревеньки. Несколько раз вроде бы заметил движение, но потом решил, что обман зрения, как ни вглядывался на подозрительные объекты – ни-че-го. Но на душе тревожно.

Стрекот сороки ближе. Слева.

Неожиданно забубнила рация. Герда.

– Люгер, по обстановке доложи!

– Так вроде бы чисто, — ответил я и добавил, — Но не нравится мне село впереди. Вроде бы…

– Ясно, сейчас буду, — перебила командир.

Практически бесшумно показалась тройка -- девушка и Гайвер с Малышом. Они не шли, крались. Лица первых под шлемами, а у громилы на лбу испарина и выражение сосредоточенное, глаза злые.

– Ну? – забрало шлема Герды поднялось вверх, она посмотрела требовательно на рыжего тролля.

– Слишком далеко, – ответил тот, – Не достаю. Но, что-то неладное. Свербит. Чуйка. Жопа. Называйте, как хотите.

Командир приложилась к плоскому биноклю, совсем, как у Третьяка или, как у меня был, взятый с Кривошея. До сих пор, вспоминал сколько добра ушло на благо Княжества из-за трех подонков, сердце кровью обливалось. И хотелось самому навести порядок в том бардаке, путем аннигиляции всех защитников меньшинств. Потому что, кроме как… Ладно проехали. Добуду еще, досижу, а потом спрошу со всех виновных и заберу свое с процентами.

– Вижу! Вычислил я одного! На час пятнадцать! – сообщил Гайвер, занявший место Малыша, а последний теперь наблюдал за тылами.

Хорошо им в команде, а я один. Но и у меня есть свои преимущества – ни с кем делиться не надо, если выживешь, конечно.

– Точнее!…, – Герда закусила губу.

– Угол местной конторы! Сельсовет! Смотри у самой земли.

– Здоровая тварь! – прокомментировала та через минуту.

– Ага, – не отрываясь от оптического прибора, в тон ей ответил Гайвер, – Но самое паскудное, что такие в одиночку не ходят.

Сорока вновь заорала уже ближе.

Обернулся на звук.

Никого. Редкий пролесок языком врезался в поле и просматривался практически насквозь. Нашел и птицу, та скакала по ветке березы и разорялась. Ниже густые кусты. Вишняк вроде бы.

Может там залег кто-то?

Ладно, есть командиры, у них головы большие, вот пусть и думают. Наше дело маленькое, идти куда послали. Но что они разглядели в деревне? Как ни силился, понять не мог. С другой стороны, бинокль у меня тот еще, хорошо хоть не театральный и то хлеб, и надо нормальный где-нибудь добыть.

– Герда, на девять тридцать, что-то непонятное. Около ста метров, – подал голос Малыш.

А ведь здоровяк, похоже, сенс, и не из последних, раз на такое расстояние сканировать мог. Это надо запомнить и учесть. Но… Есть у него какие-то ограничения, тогда Вжика не распознал, а Третьяк Хеклера. Выходило, что Дар на людей и тварей заточен? Или по массе должен объект проходить?

– Так, Малыш, бери Люгера, посмотрите, что там такое. Дойдет до жары, использовать только бесшумное оружие! Если из поселка подтянется та элита, нам хана.