До Аси только теперь дошло, что у этого мужчины наверняка есть девушка — должна быть. Не может не быть. Ну или он из тех, кто меняет женщин, как перчатки, не утруждая себя запоминанием имен. Одно другому, впрочем, не мешало.

— Мы вроде решили, что я Сказочник, а не шутник, — спокойно ответил он. — И нет, это была не шутка. Что тебя так удивляет? Пугает?

— Все, — выпалила она слишком торопливо.

— Маленькая, вообще я люблю конкретику. — Он погладил большим пальцем нижнюю губу, как будто на пару секунд углубился в поиски подходящих слов. — Скажем так: я понимаю, что предложение звучит несколько… невероятно. Но это не повод отказываться. Тем более у тебя вроде не так много вариантов, чтобы выбирать.

Он даже не выглядел извиняющимся за то, что фактически обозначил ее тупиковое положение.

— Слишком щедрое предложение, — озвучила Ася.

— Щедрость — качество, которое присуще любому нормальному мужчине.

— Не тогда, когда речь идет о том, чтобы впустить в свой дом незнакомую девушку с грудным младенцем на руках.

— Я не питаюсь младенцами, маленькая, — добродушно улыбнулся Тимур. — И хорошенькими девушками в беде — тоже.

И пусть эти слова прозвучали совсем не как комплимент, а, скорее, как участливое поглаживание по голове, Ася поняла, что снова краснеет. Кажется, за пару часов с ним она уже с десяток раз залилась краской. Что он о ней подумает?

— Это все слишком странно, ты же не станешь отрицать очевидное. — Она порадовалась, что слова прозвучали ровно и серьезно.

— Мммм… Дай подумать…

Снова это его мягкое, бархатистое «ммм…» и задумчивое поглаживание губ. Это слишком.

Ася развернулась на пятках и подошла к окну, опираясь бедрами на подоконник, потихоньку радуясь хотя б тому, что сейчас она в тепле и покормила сына. И ближайшие пару часов можно потратить на поиски сьемной квартиры. Хотя бы посуточно, на первые дни. Даже если это слишком дорого. Хорошо, что она с детства привыкла копить и всегда держала про запас небольшую сумму на крайний случай. Вот, этот случай произошел.

— Честно говоря, маленькая, я в упор не понимаю, что со мной не так. — Голос Тимура звучал ровно и спокойно, без тени обиды за то, что она не упала в ноги в ответ на более, чем щедрое, пусть и подозрительное предложение. — То есть если бы прошел мимо, дал тому уроду и дальше тебя унижать, оставил в домашних тапках на улице в минусовую температуру и с перспективой встречать Новый год непонятно где — я был бы более нормальным, чем с предложением пожить у меня? Я ничего не путаю?

Да он просто издевается! Потому что в таком свете, конечно, она ведет себя глупо.

И потому что, да, у нее действительно нет других вариантов.

— Я просто не привыкла доверять первым встречным. Это ведь не преступление?

— Нет, это очень правильная и разумная жизненная позиция, — охотно согласился Тимур. — Только иногда, Морковка, люди стоят того, чтобы ради них ты высунула нос из-за ширмы своих жизненных принципов.

С ним вообще можно спорить? Чем отгораживаться от убийственно-здравых аргументов? И как заставить замолчать внутренний голос, который разве что не орет: «Ты будешь полной дурой, Морозова, если не согласишься!»

— Ты женат?

Ася прикусила язык, ругая себя на чем свет стоит за вопрос, который точно не собиралась озвучивать вслух. Но стоило снова отвлечься на размышления обо всех «за» и «против» — и подсознание взяло верх.

— Нет. — Тимур поднял правую ладонь — кольца не было. — У предвосхищая твои аргументы: у меня нет постоянной девушки, которая может прийти в мое отсутствие, увидеть тебя, сделать неправильные выводы и закатить скандал. Ты совершенно точно никак не испортишь мою скучную холостяцкую жизнь, маленькая.

Ася издала нервный смешок.

— Я может быть, и не испорчу, но маленький ребенок…

Она не стала развивать мысль. Кажется, это был ее последний аргумент против.

Последний — и самый убийственный.

— У меня двое младших братьев, маленькая. Я с шести лет знаю, что такое детский плач по ночам. Кроме того, у меня двухэтажная квартира и хорошая шумоизоляция.

Но это была неплохая попытка. Честно. Впрочем. — Тимур в пару глотков допил кофе, поднялся, снова напоминая, какой же он все-таки высокий и крепкий. — Я, конечно же, не буду настаивать и пугать тебя еще больше. Просто скажи, куда тебя отвезти. Имей в виду, варианты на вокзал и тому подобный бред, меня не устроят.

Не все мужчины «Игори».

— Я собиралась… если можно… поискать квартиру, пока мы… здесь, — заикаясь, путаясь в словах, пробормотала она. Стыд иглами прокалывал кожу, вызывая противное ощущение беспомощности.

— Без проблем, — согласился он. — Я скажу, чтобы тебя не беспокоили. Был рад познакомиться, Морковка.

Когда дверь за ним закрылась, Ася устало перевела дух. Стоило похвалить себя за твердость характера и за правильное решение. Даже если спустя пару минут стало казаться, что она совершила самую большую ошибку в своей жизни. Куда больше вывернутого на голову белобрысой любовнице Игоря рассола.