Значит, где-то поблизости есть цивилизация: ресторан, забегаловка, магазин. Один раз она даже наткнулась на чек, вывалившийся из переполненного мусорного бака, который стоял на входе в туалет. Кто-то купил пару пончиков в «Джоз Донатс» в городишке Виндзор Фоллз, Пенсильвания.

Но какая разница? Что Пенсильвания, что Пакистан. Все равно никто не знает, где они.

Спящие вплотную друг к другу неподвижные реплики напоминали единый ландшафт, где изгибы плеч и спин создавали иллюзию мягкой холмистой земли.

Ее внимание привлекла внезапная вспышка света: за окном от здания отъезжал фургон, выхватывая лучами фар струи дождя, и все время подъезжали новые фургоны.

Джемма смотрела, как повсюду снуют солдаты в дождевиках, указывая оранжевым светом фонарей, где должны парковаться грузовики. Из аэропорта тянулся бесконечный поток оборудования. Сотрудники непрерывно сновали туда-сюда. Они заносили пустые пластиковые контейнеры разных размеров, а выносили их уже заполненными – бумагами, постельным бельем, белоснежными футболками, которые по мере необходимости здесь выдавали репликам. Другие тащили громоздкое медицинское оборудование.

Джемме вдруг показалось, что дождь проник внутрь: так холодно ей стало. Сон мгновенно улетучился.

Они закрывают лавочку.

Она отдернула занавеску.

Проложив себе путь между спящими на полу репликами, Джемма, ведомая приступом дикой паники, оказалась в центральном коридоре. Отчасти она ожидала увидеть, что все уехали, скатав ковры и даже демонтировав стены, и оставили ее одну. Несколько медсестер с красными от недосыпа глазами толкали каталки в сторону выхода. Атмосфера была напряженной, почти отчаянной.

– Что здесь происходит? – спросила Джемма, не особенно ожидая ответа. Никто не потрудился откликнуться. – Что случилось?

Девушка в военной форме скользнула по ней взглядом и снова вернулась к своему занятию. Она помогала медсестрам втолкнуть каталку в узкий проход на лестничную площадку.

– Осторожно, – предупредила она, – ступени мокрые.

Ногти у нее были накрашены розовым лаком.

Джемма шла вперед, словно в кошмарном сне, когда еще прежде, чем случится что-то ужасное, тебя переполняют предчувствия. На нейтральной территории ее, как обычно, остановили и развернули охранники. Тогда она снова подошла к окну и уставилась в темноту, которую время от времени прорезали лучи фонарей и свет фар. Сколько времени им потребуется на полную зачистку? Чтобы напрочь стереть все следы существования Хэвена?

А что они сделают с репликами?

К чему такая спешка? Почему именно сейчас?

По крайней мере, вскоре она получила ответ на последний вопрос. Пока девушка стояла у окна, напряженно вглядываясь в туман, к зданию подъехал еще один автомобиль. Не фургон и не грузовик, а обычный седан. Такие машины часто арендуют путешественники с низким бюджетом. С водительской стороны вышел высокий мужчина в очках с темной бородой. С минуту он постоял, глядя на здание аэропорта. В его очках отражались огни, так что казалось, они светятся сами по себе.

Он немного нахмурился, когда его намочило дождем, сгорбился и побежал ко входу, лавируя между лужами, и Джемма заметила переполох среди дождевиков и зонтиков, который вызвало его появление.

Доктор Саперштайн вернулся.

После обеда за Джеммой пришла женщина в дорогом брючном костюме. Это была та самая дама из правительства, которую она видела в первый день. И костюм, кажется, был тем же.

Они прошли через дверь с табличкой «Только для персонала», которую охраняли два солдата с винтовками. Потом спустились по тем самым ступенькам, по которым поднимались в воскресенье. Теперь они были на первом этаже. Джемма представила толпы туристов, спешащих к воротам вылета, толкающих перед собой тележки с багажом.

Пройдя через еще одну дверь только для персонала, они оказались в здании, где когда-то, вероятно, размещалась администрация аэропорта. На полу этих кабинетов все еще можно было увидеть следы от некогда стоявших тут столов. Верхний свет не работал, а расставленные по углам торшеры давали больше тени, чем света. Повсюду стояли ящики с одноразовыми иглами и пробирками для сбора мочи. Написанные от руки таблички на двух холодильниках гласили: «Биоматериалы. Не открывать».

По полу тянулись толстые провода генераторов. Картонные коробки были заполнены резиновыми медицинскими перчатками и защитными костюмами, ватными тампонами, термометрами, папками и ноутбуками. Джемма догадалась, что здесь хранили документальные свидетельства всего, что совершалось в Хэвене. Описания экспериментов, которые накапливались десятилетиями. Видимо, их пока не успели куда-то перевезти или уничтожить.

Еще одна женщина, которую Джемма раньше не видела, стояла в позе гориллы, опершись кулаками о стол, и смотрела на экран компьютера через плечо рыжеволосого парня.

– О, черт! – Она резко распрямилась. Чтобы передвигаться по комнате, ей приходилось все время переступать через разбросанные провода. Волосы у нее были короткими. Женщина была похожа на любимую няню Джеммы, Лаверн, гаитянку из Луизианы. У той был мягкий голос, а объятия напоминали уютный мягкий плед. Но впечатление сходства рассеялось, как только она начала говорить.