– Судя по запаху загноилась ваша рана, потому и не заживает, надо вас перевязать- вступила в разговор Майя.

Промыв рану ромашковым настоем, она сняла с полки маленький горшочек и намазала его содержимым воспалённую поверхность ноги. «Эту мазь я приготовила по старинному рецепту моего дедушки, она хорошо помогает при заживлении гнойных ран, в ней в равных пропорциях гусиный жир и прополис. Вы мажьте её на рану два, а то и три раза в день, если не хватит приходите ещё, я вам новую приготовлю.»- объясняла Майя раненому.

«Спасибо тебе, дочка!»- благодарно ответил ей мужчина. Поев и отогревшись, партизаны взяли продукты и ушли в лес.

За повседневными заботами незаметно наступил февраль 1943 года. Дуся собралась на торжок обменять на мёд необходимые в быту вещи, но подняв бидон, так потянула спину, что не смогла разогнуться и Майя вызвалась съездить на рынок вместо неё. На базаре царило странно- приподнятое оживление, люди о чём-то шушукались между собой и расходились с радостным блеском в глазах. Совсем продрогнув, девушка наконец сторговалась со старым дедом, с редкой седой бородёнкой, обменять банку мёда на маленькую баночку гусиного жира, пару коробков спичек и соль и не устояв, поинтересовалась у него:

«Дедушка, вы часом не знаете, отчего это люди так повеселели, что произошло?»

«Как же людям не радоваться, милая- тихонько отвечал старик- добрая весть разнеслась по округе, получили фрицы от Красной Армии по зубам под Сталинградом, попали в « котёл» и тысячами сдались в плен. Нынче и немчуре не сладко придётся, не всё коту хозяйскую сметану лакать. Видать достало солдатиков назад от них пятиться, познали они свою силу, теперь погонят фашистских гадов с земли нашей! Нет больше сил терпеть их!»

В это морозное суровое утро, как- то по особому игриво скрипел снег под валенками идущей к саням Майи. Резкий бабий крик:

»Люди добрые, бегите, облава!»- разорвал в клочья праздничную атмосферу и все заметались кто- куда. Майя, пытаясь удрать, бросилась бежать по переулку, ведущему в церковь, но не тут то было. Немцы и полицаи плотным кольцом окружили село, хватали всех подряд, выгоняли прикладами людей из домов и, собрав на сельской площади, стали отбирать молодых и сильных, затем построили отобранных в колонну и, словно скот, погнали на железнодорожную станцию. Майя услышала напутствие смотревшей на неё сгорбленной Горпины:

»Береги себя, доченька!» и с горечью вспомнила слова старика с торжка о том, как Советские войска погонят немцев с нашей земли, но пока происходило обратное- немцы гнали советских жителей с их исконных земель в неволю, на работу в Германию. Она шла в толпе, таких же, как она, понурых, одетых кто в чём, людей, гонимых в безрадостную неизвестность, непомерная безнадёжность и тоска вновь охватили её душу, а в голове билось то с жалостью к себе, то совсем обескураженно:

«Когда же этим хождениям по мукам наступит конец? Как по дурному всё получилось. Увидит ли она когда- нибудь Дусю и малышей? Как они там без неё?» Улыбающееся, открытое лицо Евдокии, обнимающей Лею и Милю, возникло перед ней и горькие слезы в очередной раз потекли по щекам, как и у многих других, идущих рядом. Таким был этот, ещё один день из её жизни, вновь изменивший всё.

Глава 5 Остарбайтеры.

Ещё в феврале 1942 года управление военной экономики при германском главном командовании сухопутных сил, под грифом

»Совершенно секретно», подготовило меморандум о проблемах народного хозяйства рейха, в котором были приведены выдержки из доклада доктора Мансфельда:

»Сегодняшние трудности с применением рабочей силы не возникли бы, если бы мы вовремя приняли решение о широкомасштабном использовании русских военнопленных. В нашем распоряжении было 3,9 миллиона русских, из которых сейчас пригоден лишь 1,1 млн. Только с ноября 1941 года по январь 1942 года умерло 500 000 русских.» Пленные советские солдаты и офицеры, зачастую содержались в немецких лагерях под открытым небом или в вырытых землянках, дощатых бараках. Многие из них погибли от истощения, голода, холода, всевозможных болезней и без всякой медицинской помощи.

Столь затянувшаяся война, потребовавшая от Вермахта огромное количество солдат, отобрала у немецкой экономики столько же рабочих рук и их заменили 2 млн. выживших военнопленных и угнанной в рабство дешёвой рабочей силой, состоящей из жителей оккупированных территорий. Из Советского Союза по «Программе трудоиспользования« Эрнеста »Фрица» Заукеля были вывезены в Германию более 6 миллионов людей, только гражданского населения, из них почти половина из Украины. Среди всей этой массы гонимых, как песчинка в огромной дюне, затерялась одинокая Майя.