Надо решаться. Или сейчас, или никогда.

Вздохнула поглубже и сделала шаг, попав в поле, сразу же ощутив легкую вибрацию во всем теле.

— Я, Ревекка Кариман, идентификационный номер семнадцать восемьдесят пять четырнадцать семьдесят семь пункт назначения блок двадцать пять дробь пятьдесят семь двадцать один в квадрате сто девять.

Мой запрос тут же был обработан, со счета списано необходимое количество средств за использование силового потока и меня понесло в общую массу спешащих куда-то линов. Проплывающие мимо лины в большинстве были погружены в собственные думы, заботы и переживания. Никому до меня абсолютно не было дела.

Я могла бы воспользоваться индивидуальной капсулой переноса, все же расстояние до офиса Службы Репродукции было далековато, но я давала себе еще один шанс передумать. Все же решение далось мне очень нелегко. Я хоть и была далека от политической жизни общества линов, но новости смотрела исправно, стараясь не отставать и шагать в ногу со временем. Так вот там сообщалось, что участились случаи отказов илинов выполнять свои прямые обязанности. Они все больше и больше предпочитали заниматься трудовой деятельностью в разных сферах жизни Триалии. Чаще стали происходить бунты неповиновения распределению. Илины всячески старались отстаивать свои права на свободу выбора не только рода занятия, но и партнеров для создания семей. Их не устраивало сложившееся в обществе и устоявшееся на протяжении сотен лет положение вещей.

Бунты старались подавить в корне, бросая огромные силы, но их количество с каждым годом все увеличивалось. И если раньше это были единичные случаи, то в последнее время это грозило перерасти в эпидемию.

Неужели зачинщики, стоящие во главе волнений не понимали, что тем самым подвигали нашу расу к вымиранию? Что сложившейся в обществе устои как нельзя лучше отражал требования выживания вида линов не только в краткосрочном периоде, но и на протяжении длительного времени.

За своими мыслями я не заметила как оказалась у огромного здания, занимаемого Службой Репродукции, выстроенного в форме яйца, устремляющегося ввысь и теряющегося за переплетающимися лентами силовых дорог. Поле подо мной завибрировало, извещая, что пункт назначения достигнут. Я вышла из круга действия поля, и теперь задрав голову смотрела на величественное здание, заключающее в себе мои планы на ближайшее будущее.

С силовых дорожек то и дело сходили женщины разных возрастов. Все же с увеличением продолжительности жизни возможность получения потомства значительно возросла. Правда, удача улыбалась не всем, даже при идеальном составлении триа. Наши ученые бились над этой проблемой, но пока, к сожалению, ничего не менялось. Лины должны были зарождаться на свет и появляться естественным путем. В случае искусственного оплодотворения и выращивания в инкубаторе росла лишь оболочка, в ней не было искры. Этакий биососуд не заполненный абсолютно ничем, в нем не было: ни души, ни сознания. Поговаривали, что даже при наличии запрета, грозящим пожизненным уголовным заключением, а то и смертной казнью в некоторых лабораториях все равно занимались созданием таких существ, но для чего так было и не ясно.

На меня никто не обращал внимания. Хотя нет. Судя по всему ко мне решил выйти представитель службы охраны здания. Неужели стал переживать не случится ли что-нибудь со мной, что испортит им подходные пути.

Решила не заострять на себе внимание и все же закончить то, зачем я сюда явилась.

— Долгой жизни и продолжения рода, — воскликнула среднего возраста лина, когда я все же вошла в здание. — Чем могу помочь? — услышала участие в голосе и зафиксировала улыбку номер восемь по каталогу добродушия, который следовало знать назубок всем служащим структур обслуживания.

— Я, Ревекка Кариман, идентификационный номер семнадцать восемьдесят пять четырнадцать семьдесят семь, — представилась я. — Желала бы произвести подбор триа.

— Вы повторно к нам? Какой номер вашей учетной записи? — поинтересовались у меня.

— Нет. Я, вообще, первый раз решилась на подобное. До этого ни разу не обращалась. Все как-то некогда было. То учеба, то работа, — я словно оправдывалась.

— Ой, как это здорово, — совсем не по каталогу ответила женщина, — у вас скоро будут маленькие лины, — расплывшись в искренней улыбке, в отличие от той, что была еще мгновение назад приклеена к губам.

Было немного удивительно увидеть такую реакцию у женщины, как будто она каждый день не работает вот с такими же клиентками как я, но ответ на мой невысказанный вопрос не заставил себя ждать.

— Представляете, я уже седьмую триа меняю и все безрезультатно, может быть хоть у вас получится с первого раза. Говорят, что у впервые обратившихся шансов зачать значительно больше, хотя, наверное, это все слухи и глупые домыслы. А я так хочу получить ребенка. Это бы значительно повысило мой социальный статус.

— Вам непременно повезет, — обнадежила я женщину. И задала вопрос, который волновал меня больше всего. — А разве такое возможно? Чтобы было столько вариантов?

Мой вопрос потонул в шуме, раздавшемся со стороны входов в капсулы перемещения. Там образовалось какое-то столпотворение из линов, как мужчин, так и женщин. Правда, большинство линов было одето в униформу Службы Репродукции. Похоже, что скандал затеял один из мужчин, явно не принадлежащий к работникам организации. Меня поразили в нем глаза насыщенно черного цвета, ярко выделяющиеся на бледном лице незнакомца. Их отчетливо было видно даже отсюда, хотя я находилась достаточно далеко от места, где происходила заварушка. А еще меня поразил рост, значительно превышающий средний.