– Просто…Я знаю тебя лишь потому, что я – слишком похож на тебя, Фанни. Я – как твоё мужское воплощение. Мы – родственные души, Фанни…

Я оставил случайную мысль

И напрасную соль вдохновенья

Там, где слёзы упали

На жаркий горячий песок.

Меня гложут напрасные муки,

И песня великих стремлений

Улетит от меня к тем, другим,

Что читают миры между строк.

Миражи ритма слов

Среди муки вселенской и боли,

Средь ненужного мира

И вечного бреда идей…

Он идёт, тот старик с фонарём,

И молчит его лира,

И по-прежнему так

Не хватает людей…

Его посох стучит об асфальт,

И глаза его слепы.

Но он знает и видит

На многое больше других…

И не надо ему ни даров,

Ни насущного хлеба -

Он идёт и питается

Чувством и мыслью живых.

– Я помню эти твои строки. Помню, когда ты мне их написал. Но…Мне становится страшно, Неназываемый.

– Почему?

– Мне слишком хорошо, и впервые не одиноко. А за всё в этом мире надо платить… Я боюсь той цены, что предъявят мне высшие силы.

– Бог милостив и не похож на пугало. Он даёт радость и любит те минуты, когда мы счастливы.

– Я не знаю, что такое быть счастливой.

– Ты просто забыла, как это бывает, Фанни…

– Это бывают…миражи. Они проходят быстро, а вот испытания, посылаемые следом, длятся долго. И только… Не говори, что бог или боги не посылают человеку испытаний свыше тех, которые он в силах выдержать. Просто, те, кто не вынес испытаний, уже мертвы и ничего нам не расскажут.

– Всё – так. Однако, чем сильнее человек, тем больше испытаний выпадает на его долю. Потому и решили, что бог руководит их назначением. Обычно слабым везёт больше.

– Тогда – зачем быть сильными? Зачем быть умными, если везёт дуракам? Зачем быть красивыми, если везёт дурнушкам? Справедливыми – если мир в корне порочен и жалок?

– Потому, что всё не так, как кажется. Мы не видим истинной реальности и того, что происходит. Мы видим лишь то, что отображается в кривом зеркале общечеловеческих иллюзий. Мы живём в мире отражений и создаём следующие отражения, заполняя ими пустоту. Мы присутствуем на маскараде, который почему-то не закончился и вышел за пределы средневековых мистерий в так называемую "настоящую жизнь". Здесь почти не осталось реальности, остались только маски. За которыми порою совсем нет людей. Совсем. Абсолютно.

– Мне страшно…

– Не бойся, Фанни. Мы теперь вместе.

– Кстати, почему вы решили меня найти? Я же писала вам, что считаю те чувства, что не проявлены в реале, более возвышенными и достойными проявления? Они не убиты пошлостью навешанных на них ярлыков, не имеют ни обозначения, ни плотности… Они как бы вне времени и вне пространства. Я всегда хотела общаться со своими друзьями лишь в пределах интернета и никогда не пересекаться в реале… Я всегда писала об этом… Помните?

– Я всё помню, Фанни… Особенно – то ваше письмо, в котором…

– … Были стихи…

– Странные стихи… Как всегда, в твоём стиле…

Что для меня осталось?

Что обострится ввысь?

Если вчерашний парус

С мачтою – сорвались?

Или – пилить по нервам

Бешеным, злым смычком,

Или – по бездорожью

С порванным рюкзаком?

Нет на земле пристанищ,

В небе – тем более нет.

Снизу – адских ристалищ

Злой, красноватый свет,

Сверху – ледащий холод

И никаких забот.

Сверху – нависший молот,

Низ – наковальни лёд.

Если скользить по жизни -

То выдают глаза.