– Пит – шеф отправила узнать, когда принесут чистые салфетки. Там в ВИПе отдыхают серьезные люди. Надо уважить гостей.

Охранник покрутил головой, услышав незнакомые слова, и Андрею показалось, что мозги охранника вот-вот расплавятся, и произойдёт зависание, как в мобильнике, после чего нужна будет перезагрузка.

– Ну ладно, иди. Здесь посторонним ходить воспрещается. Запомни.

– Сильно охота мне собачонкой бегать, – скривился с недовольной гримасой Андрей. – В следующий раз не пойду, пусть даже не просят.

Медленно открывая дверь, боковым зрением следил за охранником, стараясь не упустить из виду. Тот чуть потоптался на месте в нерешительности, может и хотел, что – то ещё добавить, но передумал, процесс «перезагрузки мозгов» прошёл удачно, и он скрылся за углом. Андрей облегчённо выдохнул. В хозяйственном блоке работало несколько человек. Андрей здесь был впервые и понятия не имел, где находится окошко для грязного белья. Прорабатывая все детали, Ангелина упустила из виду важную мелочь. Андрей обвёл взглядом помещение и с ужасом сообразил, что не может найти заветное окно. Ладони вмиг вспотели. Рабочие с удивлением посматривали на Андрея, не понимая, что здесь забыл крупье. Очень плохо, что его увидели посторонние. Надо будет потом придумать, что он тут делал, если спросят. Андрей с невозмутимым видом прошёлся, но никакого окна для белья и близко не было. Вдруг один из рабочих оттолкнул от стены высокую тележку, и взору Андрея открылась табличка с надписью «Для грязного белья».

От радости он чуть ли не в пляс пустился. Теперь надо незамеченным сигануть в окно. Задача не из лёгких, учитывая наличие рабочих в помещении. Андрей подгадал момент, когда на него перестали обращать внимания и с прыткостью, на которую был только способен, открыл задвижку и заскочил внутрь. Бесшумно скользя, мягко съехал вниз, угодив в полный бак с грязным бельём. Мягко приземлившись на скатерти и полотенца, обрадовался, что бак оказался полным, иначе травмы не избежать. Осторожно выглянул наружу и осмотрелся. Помещение оказалось маленьким и безликим. От дробных, раскатистых звуков тут же заложило уши. Большие стиральные машины гудели, мотая в своих внутренностях бельё, будто бы злясь, что не могут его проглотить или разорвать на части. Андрею захотелось побыстрее выбраться и прийти на место.

Оказавшись возле заветной двери, он приоткрыл её и выглянул в коридор. Там стояли полумрак и тишина, словно в подземном атомном бункере. Полная изоляция от любых звуков. Ангелина узнала, коридором редко кто пользовался: персонал не имел право сюда входить.

– Может быть, это советское бомбоубежище? – пробормотал Андрей.

И напряг зрение, всматриваясь во мрак. Глаза не сразу привыкли, и не хватало фонарика. Дверь не одна. Это было неожиданно, и это же смутило парня. – Делать нечего, надо проверить каждую, – решил он. Андрей уже потерял счёт времени и боялся, что слишком долго возится с замком, а вход в хранилище пока не обнаружен. У первой двери заклинило замок. Вторая дверь была чуть дальше, он нащупал ручку и нервно подёргал. Увы, намертво заперта. Попытался вставить ключ, но тот не подошёл. Сердце бешено колотилось в груди. Руки от напряжения вспотели. Андрей быстро прокрался к третьей двери. Пошарил, но ручку не нащупал. Легонько навалился и… оказался на улице.

Тёплый ветер ласково забрался под рубашку и пощекотал. Над головой раскинулось звёздное ясное небо. Андрей вздохнул полной грудью и с трудом подавил в себе возникшее на мгновенье желание – бежать. Бежать, наплевав на всё: деньги, казино, план и даже Ангелину. Но вспомнились слова, которые произнесла девушка утром.

– Андрюша, запомни! Люди, как карандаши: каждый рисует жизнь. Просто кто – то ломается, кто – то тупит, кто – то затачивается и живёт дальше, с новыми силами и достижениями. У неудачников карандаши тупые, сплошь огрызки. Они никому не интересны. Сильный человек всегда «на коне», при деньгах и положении в обществе. Стань таким и помни, что я люблю тебя.

Андрей пересилил себя, отогнал трусливую мысль к побегу, сделал шаг назад и закрыл за собой дверь. Он понял, что наступило то время, когда он должен острым карандашом «нарисовать» свою жизнь с чистого листа.

Вставил новый ключ в замочную скважину и провернул. Получилось. Сработало! Неожиданно дверь прачечной открылась, и в коридор ворвался шум машин. Недолго раздумывая, Андрей проскользнул в хранилище и замер. Посредине комнаты стоял большой стол, и несколько работающих мониторов висели на стене. Тусклое освещение, скорее всего аварийное, подавляло и давило на глаза. Мониторы работали, на них виднелся въезд во двор. Возле стола стоял стул и высокий пустой сейф, открытый настежь. На железном столе, с прикрученными к полу ножками, аккуратными стопками лежали посчитанные деньги разного номинала и ждали инкассаторов. От такого зрелища захватило дух. Андрей воспрянул и приободрился. Ангелины и охранника не было. Возможно, она отвлекла его, усыпила и уже вернулась в зал? Но где же Вадим? Он увидел пустую сумку, лежавшую на полу, схватил её и стал судорожно хватать деньги.

Неожиданно, Андрей почувствовал, что в комнате не один. Страх заставил застыть и сжать кулаки. Стараясь не делать резких движений, отступил вправо, поближе к стулу, и повернулся. На пороге, широко расставив ноги, стоял Вадим, сверля Андрея налитыми кровью глазами, и шумно втягивал воздух через широкие ноздри. В этот момент он был похож на буйвола в брачный период.

– Я так и знал, гнида, что дело нечисто, – со злостью прошипел он.

– Не понимаю, о чём ты? – ответил равнодушно Андрей, стараясь держаться по другую сторону стола.

– Всё ты знаешь, Маяковский сраный, – сплюнув на пол, пробасил Вадим. – Решил бабки стащить в мою смену, сука. Подставить меня хочешь?

– Не понимаю, о чём это ты? Я зашел к тебе на кофеёк. Вижу – тебя нет.

– Да? – хмыкнул Вадим. – И поэтому бабки в сумку складываешь, пока кофеёк стынет, – гаркнул с иронией Вадим, кривляясь и корча гримасы.

– Я сразу понял, что ты двуличный пидар. Никогда не доверял тебе и правильно делал.