— Двадцать первая неделя.

Его волнение быстро сменилось раздражением.

— Осталось всего девять недель до родов, и ты только сейчас мне сообщаешь?

Она поджала губы.

— Ну… да. Но ты всё равно узнал одним из первых.

И от этого Лу пришел в восторг.

— Как ты себя чувствуешь? Пристрастия в еде? Боли в спине? Тошнота? Перепады настроения? Я слышал, что у восьмидесяти процентов беременных женщин бывают сильные перепады настроения. Просто ужасные.

— У меня нет перепадов.

Нокс сложил руки на груди.

— Раз уж ты здесь, Лу, ответь на вопрос. Как ты считаешь, зачем Джонас хотел с тобой встретиться?

— Понятия не имею, — сказал Лу, усаживаясь на свое место.

— Тебе даже не любопытно?

— Нет. — Лу отпил немного смузи. — Земные дела меня не интересуют.

Да, Нокс знал это, но все же…

— Нам нужно понять, что от тебя хочет Джонас. Поговори с ним. Разузнай.

— Не могу. Видишь ли, мне есть чем заняться. Я не интересуюсь скучными делами. — Лу поставил стакан. — Сделки навевают скуку. А Джонас хочет заключить такую. Следовательно…

Нокс стиснул зубы.

— Лу…

— Меня не интересуют разборки между Предводителями. Это все ужасно скучно. Теперь меня очаровал малыш, который может единолично опустошить вселенную.

Харпер напряглась.

— Он или она не станут опустошать ничего… и ты не попытаешься научить его этому.

— Мы храним беременность в тайне, Лу, — обратился к нему Нокс. — Нужно, чтобы ты тоже молчал.

Лу поднял руку, как бы давая клятву.

— Можешь быть уверен, что я не сделаю ничего, что может помешать предстоящему рождению нашего маленького Люц…

— Мы не назовем ребенка Люцифером, — прорычала Харпер, сжав кулаки. Лу наклонился к Ноксу и тихо сказал:

— Заметил перепад настроения? Статистика не лжет.

Харпер сделала глубокий вдох.

— Почему ты здесь? Лу поднял бровь.

— Ожидали кого-то еще?

— Желательно, чтобы этот кто-то не приходил без приглашения, не рылся в нашей кухне и не брал наши вещи. Словно бродячая собака, которая появляется время от времени.

Лу фыркнул.

— Это несправедливо. Я не гажу на твой пол.

— Нам важно выяснить, чего от тебя хочет Джонас, — настаивал Нокс. — Это может быть связано с нападением на Харпер.

Выпрямившись, Лу нахмурился.

— Каким нападением?

— Кто-то нанял охотников, чтобы украсть ее крылья.

Его глаза расширились.

— Да ладно! Серьезно? Кто-то действительно настолько глуп? — Он посмотрел на живот Харпер. — Бедный малыш, наверное, испытал ужасный стресс.

— Я в порядке, если вдруг тебе интересно, — сухо ответила Харпер.

— С чего вдруг, мне должно быть интересно, я же вижу, что с тобой все хорошо. — Лу повернулся к Ноксу. — Мне не понятно, какое отношение — это нападение имеет к Джонасу. Маловероятно, что он знает о наличии крыльев у Харпер.

Нокс прищурился.

— Откуда ты знаешь?

— Я много, что знаю. — Лу постучал пальцем по виску. — Я кладезь информации.

Зная из прошлого опыта, насколько скрытным может быть дьявол, Нокс не собирался настаивать на ответе.

— Джонас сейчас злится на Джолин. Неизвестные, которые послали за Харпер охотников, попытались похитить ее кузину.

Лу раскрыл рот.

— Рискнули вызвать гнев Джолин? Ну, они действительно тупые. Или смерти хотят. Оба варианта подходят. Поистине злая женщина. Дает мне пакеты с чипсами, которые открывает вверх тормашками и ставит громкость телевизора на нечетное деление, только чтобы посмотреть на мои слезы. Как можно быть настолько жестокой?

Да, ее бабушка действительно любит дразнить его из-за ОКР. Все же Харпер нахмурилась.

— Ты действительно считаешь, что дьявол вправе судить людей? Знаешь, что, не отвечай. Слушай, я понимаю, что «помогать» людям не в твоем стиле. Но, если Джонас хочет заключить с тобой сделку, то это не сулит ничего хорошего. Даже если он не причастен к нападениям на меня или к попытке похищения кузины, все равно важно понять, чего он хочет. Это может быть что-то плохое. А ты можешь предотвратить последствия.

Наклонив голову, Лу с удивлением на неё посмотрел.

— Ты… ты стараешься воззвать к моей совести? — Он фыркнул. — Этот внутренний голос давно меня покинул. Честно говоря, попытка заставить меня почувствовать себя плохо, совершенно бессмысленна. Если бы от эгоцентризма можно было подпрыгнуть, я был бы уже на орбите. И разве это не весело?

Харпер вздохнула.

— По крайней мере, ты честен на этот счет.

— Мой психоаналитик говорит, что я не должен держать все в себе или притворяться кем-то другим. Он говорит, нужно быть собой.