Интересно, знает ли убийца об этом. Если он сначала ударил по лицу, потому что её было так легко узнать. Или это просто случайность?

Но моя личная связь с ней заходила дальше. Николь жила в двух домах от меня. Наши мамы были подругами. Мы всё время играли вместе. То, что я оказалась Оракулом, не было причиной того, что мы перестали дружить и. Наши родители обычно чем-то занимались вместе, а затем внезапно один из них исчез, а другой оказался в инвалидном кресле. Подобные вещи слишком тяжелы для повседневной дружбы. И когда родители идут дальше, ребёнок делает это тоже.

Несмотря на это, теперь, когда я знаю, кто она, я принимаю всё ближе к сердцу. Всё становится более важным. Может быть, она больше не мой друг, но она была им.

Всё ещё в обратном порядке убийца вытаскивает Николь из сарая за волосы и, наконец, открывает двери, и мы со Смитом можем выйти из мастерской, превратившуюся в бойню: он, быстро; я, своими медленными, изнурительными шагами.

— Ни в коем случае, — я едва дышу, когда убийца хватает Николь прямо у её двери. Несколько секунд спустя она в безопасности в собственном доме, и убийца звонит в дверь.

Я останавливаю сцену и, после нескольких тяжелых вздохов, поворачиваюсь к Смиту.

— Он схватил её в своем же доме! — говорю я в шоке. — Всё это время мы все думали, что, если бы мы были дома, мы были бы в безопасности. Это поднимет панику. Люди начнут бояться, где бы они ни находились. Они будут…

— Если ты не остановишь его, — прерывает Смит, отталкивая меня назад. — Вернись ещё немного. Держу пари, что её родителей нет дома.

Я сглатываю, киваю и бросаю все силы на то, чтобы вернуть сцену ещё дальше. Разумеется, в удивительно короткие сроки мы видим, что двое взрослых уезжают в чёрном седане.

— Хорошо, остановись сейчас, — говорит Смит.

Я делаю, и мы стоим перед полузакрытой гаражной дверью, наблюдая, как родители Николь уходят.

— Есть ли там ещё одна машина? — спрашивает Смит.

Я наклонилась и посмотрела под краем двери гаража.

— Да, ещё одна.

Смит ударяет рукой об руку и сильно сжимает их.

— Я думаю, что самое простое — заставить её пойти к подруге, как только уйдут родители.

— Разве не было бы легче заставить уйти её с родителями?

— Возможно, но мы не знаем, куда они идут. Может быть, куда-то, куда она не может пойти. На свидание? В бар? Есть только одна попытка, и нужно выбрать путь, который, скорее всего, будет успешным. Он гримасничает. — С меньшей вероятностью провала.

В его словах есть смысл.

— Хорошо. Она в школьном совете. Наверное, дружит с кем-то оттуда. С Сарой Финнеган.

— Это должно сработать, — он стоит, скрестив руки на груди, наблюдая за сценой. — Поскольку ты не можешь физически повлиять на что-либо, тебе нужно будет пойти за дверь гаража, снова сменить сцену и проскользнуть через дверь и войти в дом, когда родители уйдут.

— Ты не идёшь со мной?

— Я собираюсь остаться здесь и следить за ним, — говорит Смит, указывая на незнакомый серый внедорожник, припаркованный примерно через полквартала рядом со снежным сугробом. Страх сжимается у меня в животе.

— Это убийца?

— Это он. Если он доберется сюда, прежде, чем ты закончишь работу, я буду кричать тебе.

— Ты можешь это сделать?

— Кричать? — смутившись спрашивает Смит.

— Нет, оставайся здесь. Я имею в виду, ты моём втором взгляде, тебе не нужно оставаться со мной?

Его лоб морщится.

— Я не знаю. Но если я останусь здесь, если ты оставишь меня здесь, похоже, что нет.

— Что, если мне нужна будет твоя помощь?

Смит качает головой.

— Прошло уже две недели, Шарлотта. Предполагаю, что это все тот же парень, и я действительно думаю, что сейчас он более чем готов убить снова. Мы знаем, что он убил Джесса. Вероятно, он планирует это убийство прямо сейчас. Он, должно быть, разочарован. А люди, которые разочарованы, непредсказуемы. Что, если он вдруг передумает? Или придёт раньше? Тогда твоё видение перестанет быть точным. Я думаю, что одному из нас нужно присмотреть за его машиной. И так как я ничего не могу сделать… — Он дает мне закончить предложение самой.

Я смотрю вниз на дорогу, где едва могу разглядеть через лобовое стекло тёмный силуэт через. Убийца в нескольких ярдах от меня.

За исключением того, что он не реален — он просто в моей голове.

Но это будущее.

Смит прав. Кто-то должен следить за ним.

— У тебя есть камень, — мягко напоминает он мне.

— Я сделаю это, — обещаю я, и, не позволяя себе передумать, наклоняюсь под дверь гаража.

Это жуткая прогулка мимо застывшей машины, мне кажется, что как только я позволю сцене идти, они смогут увидеть меня.