Здесь было три перевернутых стаканчика, и под одним из них был спрятан шарик. Ведущая игру девушка передвигала стаканы с головокружительной скоростью, а потом отодвигалась и предлагала зрителям выложить монетки перед тем стаканом, где они в последний раз видели шарик.

Игра была простейшая: все знали, где находится шарик, ведь все наблюдали за тем, как передвигают стаканчики. А потом ведущая поднимала стаканчики – и ну надо же! – шарика не было под тем стаканчиком, который выбрали зрители. Ведущая поднимала другой стаканчик – и шарик оказывался под ним. Ведущая собирала поставленные зрителями монетки, демонстрировала пустые стаканчики, демонстрировала шарик (у нее был невероятно красивый прозрачный шарик из стекла), снова помещала шарик под стакан, просила зрителей смотреть внимательно и начинала передвигать стаканчики: для начала два-три раза очень медленно, а потом совершала еще с десяток очень быстрых движений.

Внимание Ишрак привлекла сама ведущая. Ею была девушка лет восемнадцати, одетая в коричневое платье и скромную шапочку. Она склоняла бледное сосредоточенное лицо, чтобы следить за работой, но когда она его поднимала, то видны были темные глаза и радостная улыбка. Она двигала стаканчики, сидя на пятках, и обводила зрителей взглядом, внушавшим абсолютное доверие.

– Милорды, миледи, господа, – мягко проговорила она, – будете делать ставки?

Глядя на нее, никто не допустил бы даже на мгновение мысли о том, что она использует какой-то ловкий трюк. Не у всех же на глазах, не в разгар дня! Шарик должен находиться там, куда она его положила – под правым стаканчиком, который она сдвинула налево, переместила в центр, снова вернула направо… А потом двигались только другие стаканчики, явно чтобы запутать наблюдающих, прежде чем она сдвинула его обратно в центр.

– Он в центре, – шепнул Фрейзе Ишрак.

– Готова спорить, что нет, – возразила Ишрак. – Я за ним следила, но потеряла.

– Я все время за ним наблюдал! Он точно в центре!

Фрейзе повозился с монетами и поставил пикколи – серебряный грошик.

Девушка дождалась, пока все сделают ставки (большинство, как и Фрейзе, выбрали центральный стаканчик), после чего перевернула этот стаканчик и продемонстрировала всем: пусто. Она сгребла все монетки, которые игроки выложили перед пустым стаканчиком, спрятала их в карман передника, потом продемонстрировала пустой левый стаканчик, и наконец – стеклянный шарик под правым. Не угадал никто. С веселой улыбкой, предлагавшей всем снова попытать счастья, она пригладила песок ладонью, положила шарик под левый стаканчик и снова начала передвигать стаканчики.

На этот раз Ишрак не стала следить за стаканчиками, а сосредоточилась на немолодом мужчине, который передвигался в толпе, держась близко к игрокам. Он и сам походил на азартного человека: блестящие алчные глаза, низко надвинутая на лоб шляпа, любезная улыбка. Однако он наблюдал за толпой, а не за стремительно двигающимися руками девушки.

– А вот и главный катала, – сказала Ишрак Фрейзе.

– Главный – кто?

– Катала, ее сообщник. Он может отвлечь зрителей именно в тот момент, когда она делает подмену, чтобы никто не заметил, куда сдвинулся стаканчик. Но, по-моему, она и так хороша. Ей не нужно, чтобы кто-то отвлекал игроков, так что ему достаточно просто следить за толпой и быть готовым действовать в случае неприятностей. И, конечно, он заберет деньги, когда она закончит, а затем проводит ее домой.

Фрейзе на Ишрак даже не посмотрел: настолько он был поглощен игрой.

– На этот раз я точно знаю, где шарик!

Ишрак засмеялась и стукнула его по склоненной голове.

– Останешься без денег, – предсказала она. – Эта девушка очень хороша. У нее очень ловкие руки и великолепное самообладание. Она спокойнее всего тогда, когда руки работают предельно быстро. И улыбается она, как честный ребенок.

Фрейзе оттолкнул руку Ишрак: он был уверен в собственной наблюдательности. Он положил вторую монетку у левого стаканчика – и был вознагражден мимолетной улыбкой девушки в коричневом платье. Она подняла стаканчики. Шарик оказался под правым.

– Чтоб меня!.. – воскликнул Фрейзе.

Темные глаза Ишрак улыбались ему из-под вуали.

– Сколько при тебе денег? – поинтересовалась она. – Потому что они с радостью просидят хоть весь день, если ты будешь так глуп, чтобы делать ставки.

– Но я же видел, точно! – возмутился Фрейзе. – Я был совершенно уверен! Это просто колдовство какое-то!

Девушка в коричневом платье подняла на него взгляд – и подмигнула ему.

– Это хитрая игра, а ты – хитро ее ведешь, – сказал ей Фрейзе. – Ты хоть когда-нибудь проигрываешь?

– Конечно, – ответила она с легким парижским акцентом. – Но, как правило, я выигрываю. Это простая игра только для того, чтобы развлечься и заработать несколько монеток.

– Побольше, чем несколько монеток, – пробормотала Ишрак себе под нос, глядя на кучку грошиков, которую нагребла девушка.

– Попытаешь счастья еще раз? – предложила девушка Фрейзе.

– Непременно! – заявил Фрейзе. – Но ставить мою счастливую монетку мне нельзя.

Он очень осторожно извлек монетку из нагрудного кармана куртки, поцеловал ее и вернул обратно. Девушка посмеялась над этим, и ее карие глаза заискрились.

Улыбаясь, она продемонстрировала ему три пустых стаканчика. Фрейзе присел на корточки, чтобы оказаться прямо напротив нее, и кивнул, наблюдая за тем, как она кладет шарик на землю, а потом накрывает центральным стаканчиком. Он внимательно следил, как она передвигает его направо, потом отправляет налево, обводит вокруг него другим стаканчиком, а потом снова возвращает налево. Стремительным водоворотом она передвинула один стаканчик, потом другой – а потом замерла.

– Который? – с вызовом спросила она у него.