– Узнаю своего слугу: только наметишь кого-нибудь взять живым, Радим тут как тут.

– А я не уверен, что они с моим парнем его бы одолели. Шляхтич был неплохим рубакой, да еще при двух пистолях.

«Выходит, самого сержанта в той подворотне не было? И мы втроем одолели шестерых?» – Еремеев остался доволен результатом схватки. Хотя бы потому, что в ней выжил.

– Эх, столько трофеев пропало! – Александр присел на лавку. – Чует мое сердце, Радим сильно расстроился.

– О трофеях поговорим позже, а сейчас расскажи, почему пан Тадеуш так тебя боится.

«И этот туда же! И какую версию ему выдать? Как там… Если не знаешь, что соврать, говори правду? Попробовать, что ли?»

– Тут такое дело, господин сержант… Я не пил, под полку не попадал, а дурости и своей девать некуда, чтобы еще кем-то прикидываться. Просто в увольнении меня жутко избили четверо мужиков, да так справно, что даже имя пришлось по пропуску вспоминать, а свое прошлое – по рассказам сослуживцев. И до сих пор понятия не имею, за какие подвиги меня пытаются убить! В четвертый раз за двое суток.

Сержант долго смотрел на собеседника, словно пытаясь по лицу прочесть, насколько правдив его рассказ. Потом отвел взгляд и пару минут размышлял.

– Говоришь, память отшибло? А откуда вдруг сноровка появилась, что пособила Вацлава осадить?

– Еще бы я знал. Вот умею – и все. Такое ощущение, что умел всю жизнь.

– Из детства что-нибудь помнишь?

– Ни отца, ни матери припомнить не могу.

И снова Никита, который являлся Александром Еремеевым, не врал. Он был детдомовским и родителей действительно не помнил.

– Не врешь?

– Да вот тебе крест! – Александр перекрестился, хотя к верующим его можно было отнести с большим натягом.

– Скорее всего, не врешь, – задумчиво произнес сержант. – Магам креститься запрещено, и ты, как сын церковника, лучше других об этом помнить обязан.

– Сержант, скажи, а Крашен – это где? – решил выяснить Еремеев.

– Городок на западе, верст пятьдесят отсюда, – машинально ответил собеседник. – Но вернемся к Тадеушу: пан уверен, будто ты знаешь нечто для него опасное.

– Да кто такой этот Тадеуш?

– Важный тип, шляхтич по происхождению, с недавних пор – член вече. Раскинул паутину по всей Смоленщине, а прихватить его не на чем. Думаю, он вознамерился Смоленск Речи Посполитой сдать.

– Но мы же русские! – вырвалось у Еремеева.

– Хорошо, что ты это понимаешь. – Сержант на пару секунд задумался. – Ладно, рано еще с тобой о том говорить. Давай о трофеях. Твой Радим – хозяйственный малый. Ему говорят: драпать отсюда надо, а он, пока не пошарил по карманам всех убиенных, не ушел. Парни с тобой на плечах из-за этого чуть на глаза патрулю не попались.

– Радим своего не упустит, – согласился Александр. – Скажи, а кого в кабаке порешили?

– Так ты же сам с ним встречался. Что, и его не помнишь? А как тогда узнал?

– Тут ничего сложного: записку получил, пришел. Начал рассматривать, кто из посетителей без компании, а когда дошел до усатого с трубкой, он сам подал знак.

– Умен, не по годам умен. Как же я раньше этого не замечал? Хотя иначе, думаю, тебя бы давно прикончили. И что ты ему сказал, если ничего не помнишь?

– Хотел рассказать правду, да не успел. Стрелок занял очень удобную позицию – прямо за холстом. Пришлось стрелять. Хорошо, суматоха поднялась, удалось из кабака выскочить. Дальше ты знаешь.

– Кузьма – личность здесь известная. Всегда собирал слухи и сплетни, отбирал важные и проверял их достоверность, чтобы выгодно продать. Полагаю, он направил тебя на нужный след, а ты нашел нечто. И сразу стал опасен для Тадеуша. После убийства Матеуша за тебя наверняка возьмутся профи.

– Это еще кто?

– Наемники ада. Живут за счет чужих смертей. За очень большие деньги.

– Киллеры? – вырвалось у Александра.

– Как?

– Не важно. А в этом Крашене они меня не достанут?

– Полной гарантии нет, но Крашен – вотчина Тадеуша. Вряд ли тебя станут искать в той стороне.

– Наши люди-то там есть?

– Это русский город. Правда, до границы республики оттуда рукой подать.

– И что мне там делать? Затаиться и ждать?

– Нет, такой роскоши мы себе позволить не можем. Будет задание. Человечка важного требуется тайно оттудова вывезти.

– А он сопротивляться не будет?

– Только если напугается сильно. По слухам, его сейчас ищут на границе Смоленской республики, но поиски расширяются. Через пару дней и до Крашена доберутся.