– Знаю я таких, по морде видно, что все ему не то да не так.

Клеверс подозвал Марка, и тот, наконец ожив, медленным шагом подошел к нему.

– Садись, Марк. Поговорим. – Клеверс, поджав губы и прищурясь, глядел на него.

– Извините, не положено, – еле выдавил Марк, им овладел не то страх, не то будоражащее ожидание. Казалось, фокусник сейчас скажет: «А я-то все знаю». Или: «Что, в убийцы решил податься?»

– Не бойся. Пока мы будем разговаривать, твой хозяин и товарищи будут думать, что ты работаешь, а тебя самого будут воспринимать, как клиента.

– Хотите разыграть какой-то фокус?

– Просто кинь свой фартук на пустую вешалку.

– Э-э, если хотите поговорить, то можно и после работы, к чему тут фокусы? – Страх стал испаряться, Марк вспомнил о том, что этот человек задумал убить Элен, и вместо страха вдруг возникла неприязнь и ненависть к нему.

Даже разговаривать с ним Марку стало невыносимо. Марк хотел отделаться от него, соврав о встрече, на которую вовсе не собирался. Знает ли Клеверс о предстоящем убийстве или нет, Марку стало неважно. Он собирался совершить то, что требовалось, несмотря ни на что.

– Вечером у меня спектакль, – сказал Клеверс. – Ну же, я здесь ради тебя и в первую очередь этот разговор выгоден тебе.

Марк посмотрел на его опухшее, усталое лицо. Черные, будто проникающее в самую суть глаза блестели от оставшегося в крови алкоголя -, видимо, вчерашняя вечеринка была весьма бурной и протянулась до самого утра. Никакой он не дьявол, всего лишь старый артист и алкаш. «Если он обвинит меня в том, что я хочу его убить, это будут всего лишь слова», – подумал Марк.

Но фокусник все же заинтриговал его.

– Хорошо, – сказал Марк.

Он кинул свой фартук на пустую вешалку и сел напротив Клеверса.

– О чем же вы хотели поговорить? – спросил Марк.

– Подожди.

Клеверс прошептал что-то и махнул рукой на вешалку с фартуком. Фартук обвился вокруг оси вешалки и завязался на бантик.

– Брысь, – сказал ей фокусник, и вешалка вдруг присела на своих трех изогнутых ногах, а потом деловито пошла к столику с посетителями.

Кажется, после гигантской говорящей рыбы Марк не должен был бы этому удивиться, но он выпучил на вешалку глаза и даже открыл от удивления рот, глядя как она, словно заправский официант, снует между столиками и подбирает грязные тарелки своими металлическими коротенькими вешалами-ручками. И вот в чем была главная странность: никто не обращал на нее внимания! Будто это и вправду был официант, а не железная палка на трех ногах и в длинном белом фартуке.

– Гипноз? – неуверенно спросил у фокусника Марк.

– У посетителей – да.

– Да нет же, у меня, конечно! Ведь не может же вешалка…

– Знаешь, почему я здесь? – вдруг прервал его Клеверс.

Марк недобро смотрел на него.

– Вчера ко мне на спектакль ты пришел с весьма необыкновенной спутницей.

– Вас так поразила её красота, что вы ради этого пришли сюда и устроили этот цирк?

– Красота у рыбы весьма сомнительна, не правда ли? – засмеялся он.

– У рыбы? – повторил Марк бесцветным голосом.

– Ставрида. – Клеверс тяжело вздохнул. – В стародавние времена маги мечтали повстречать ставриду магикус-фантомиус.

– Странные мечты у фокусников.

Радоваться, что он не одинок в своем безумии и что Клеверс тоже видит не девушку, а рыбу, Марк не спешил, он все ждал какого-то подвоха от фокусника.

– Не у фокусников, а у магов, – сказал Клеверс. – Не фокус заставил эту вешалку ожить, а магия.

Марк так жаждал до встречи с Элен и до взятой на себя миссии поговорить с Клеверсом о магии моря и о рыбе, о которой Клеверс и Ян так странно переговаривались в кафе, что вдруг забыл о своей ненависти, её затмило то, что фокусник стал приоткрывать занавес над тайной этой рыбы.

Клеверс махнул вешалке, и та, мигом примчавшись, поставила возле него бутылку только что откупоренного шампанского и высокий бокал. Фокусник налил себе полный бокал и, не обращая внимания на потекшую из бокала на стол пену, принялся жадно пить. В секунду осушив бокал и то ли фыркнув, то ли хохотнув, он сказал:

– Судя по твоему дикому взгляду, ставрида, хотя и гуляла с тобой под ручку, но ничегошеньки не говорила о магии. А?

– Говорила, что вы совсем не фокусник, – сказал Марк и вдруг понял, что начинает верить этому толстому, мучившемуся от похмельной жажды пьянице, верить в то, что не только магия, но, главное, маги – существуют.

– Эт да. Но все же ты ей лучше не верь. Хитрая, коварная и большая вралина эта рыба.

– С чего вы это взяли? Как я понял, вы не имели счастья с ней общаться.

– Нет. И мне страшно подумать, зачем она вылезла из воды. Ведь навряд ли только из-за тебя.

Марку вдруг стало неприятно от слов этого мага-фокусника. Не могла его ставрида быть коварной, она была так ранима и честна, он видел это в её глазах.

– У меня есть пара книг об этом существе. Любой маг должен знать о праматери всей магии. Так что ты обязан их прочесть.