Поблагодарив и отпустив служанок, Нарбелия подошла к окну и в раздумьях сжала виски пальцами. Острые кончики аккуратных ногтей оставили на бледной коже розовые лунки. Надо было действовать сиюминутно, решительно и эффективно.

Первое – жизнь отца. Отступив в дальнюю часть покоев, Нарбелия отыскала в стене тайник. Щелкнули потайные замки, облачками искристого дыма разрушились скрадывающие защитные заклинания. Заглянув внутрь, дочь Короля вздохнула облегченно – все на месте. В глубине каменного углубления поблескивали колбы и склянки с магическими компонентами, зельями и порошками. Тайник цел, каким-то чудом приспешники Минии не разорили его.

Приготовив все необходимое, принцесса вновь направилась к отцу. Там за разговором о красоте столичных садов и парков, подлила Королю в вино одно из приготовленных зелий – волшебный состав должен был остановить убийственные процессы в организме старика и нейтрализовать завладевшее его умом колдовство.

Немного успокоившись, принцесса покинула королевский кабинет. В длинной галерее ее уже ожидала Герда с компанией собранных слуг: поваров, горничных, конюхов, садовников, к которым присоединились несколько придворных магов. Благодарно взглянув в лица собравшихся, Нарбелия раздала указания: заменить всю дворцовую пищу, воду из дворцовых колодцев не брать – привезти новую, чистую, откуда-нибудь с окраин столицы.

Решив вопрос с отцовским здоровьем, принцесса подозвала к себе конюха и приказала ему оседлать лучшего боевого коня, какой найдется во всей дворцовой конюшне. Заметив недоумевающие взгляды прислуги, Нарбелия пояснила резко и решительно:

– Я отправляюсь на войну…

В полном одиночестве она поскакала на восток. Могучий боевой жеребец нетерпеливо тянул повод, мужской доспех, кое-как подогнанный по женской фигуре одним и дворцовых мастеров, стеснял движения, меч, висящий на поясе, казался невероятно тяжелым. Бывшая наследница умела им орудовать – ее обучали – только практиковалась она крайне редко.

Все неудобства казались мелочью, по сравнению с той неопределенностью и сумбуром, что терзали душу принцессы. Только теперь она начала понимать, почему ее погибшая сестра чуралась западных соседей и даже заключила союз с Северными. Запад всегда таил в себе опасность. Амбициозные эльфы и драконы никогда не рассматривали Королевство в качестве друга, достойного и равноправного. Король был для них щитом, обращенным одновременно на восток, юг и север. Он защищал, принимал на себя удар до тех пор, пока не утратил свою надежность и крепость. А как бы верно не служило западу его «оружие», изломанное, оно не нужно было более никому.

«Это битва станет последней. В ней наши друзья, а вернее враги убьют двух зайцев: разгромят армию Севера, в очередной раз прикрывшись войском Короля, после чего Королевство будет окончательно обессилено, и эльфы с драконами Гильдии разделят его, как трофей» – твердо сжимая в пальцах поводья, думала Нарбелия. Эти мысли злили и пугали. Самым страшным казалось то, что у наследницы не было никакого конкретного плана. Она четко осознавала одно: надо успеть добраться до Кингсифора раньше, чем случится сражение, и попробовать изменить ситуацию в свою пользу. Как? Да бог его знает, как! Главное – добраться…

Не сомневалась лишь фея. Она уверенно продвигалась вперед, оставляя за спиной ухоженную часть сада. Порой фея резко меняла направление, то подавалась назад, то кружила, то, как челнок, перемещалась из стороны в сторону нервными, стремительными бросками. Она будто искала путь в одной ей ведомом лабиринте, рисунок которого было необходимо соблюсти.

Когда перед путниками появилось огромное озеро, они не поверили своим глазам. Здесь все казалось другим: и цвет неба, и свет солнца, и пестрящая белыми барашками лазурь воды. Длинная коса тянулась к противоположному берегу, но не достигала его.

Не позволив искателям удивляться долго, фея двинулась дальше, на косу и скрылась в тени деревьев – там находилась черта, за ней ликийский сад становился зачарованным лесом. Узкая тропа тянулась вдоль берега, а над ней нависали растущие вперемежку пальмы, буки и сосны. Там и тут попадались никому не известные деревья с листьями, какие бывают у папоротников.

Коса песчаной лентой ушла под воду, у кромки которой отчетливо отпечатались две пары следов.

– Похоже, Кролик несильно нас обскакал, – обрадовано подметил Ану.

– Его следы, – подтвердил Фиро. – Его и Высокого эльфа. Они недавно были здесь, а потом перешли вброд туда, – указал он на дальний берег.

– Значит и нам следует поторопиться.

Франц решительно направил лошадь в воду, но оклик альбиноса остановил его:

– Подождите. Коней придется оставить. Они не умеют владеть собой, они испугаются и привлекут внимание тварей, что стерегут лес, – продолжил он, спешившись. – Сейчас я скажу вам кое-что важное, то, что даст нам шанс добраться до цели живыми. Чудовищ зачарованного леса привлекают две вещи, две живые слабости – ненависть и страх. Если сумеем смирить собственные эмоции – останемся целы.