Я подогнал машину максимально близко к чугунным прутьям, чтобы с её крыши было легче перелезть через забор. Достал из багажника калаш и повесил его через плечо. После чего быстро взобравшись на крышу Киа, я без особого труда смог влезть и на забор. Повезло, что по верху забора шла горизонтальная металлическая пластина, сквозь которую прутья были продеты, и которая их и держала. За неё я и смог зацепиться и на ней удержался в момент нахождения на вершине забора.

Спрыгнув на мягкий газон на приусадебном участке сотрудника Чрезвычайного отдела, я поднялся на ноги и подошёл к девушкам, оставшимся на той стороне.

– Сейчас подгони машину так, чтобы у троса был прямой путь от неё до окна спальни, – сказал я Кате. – Чтобы он во время рывка ни за что не зацепился и не перетёрся.

Катя перегнала машину, задним бампером вплотную к забору.

«Эх, сейчас бы вместо Киа Рио, хотя бы Киа Спортейдж, а лучше Крузак», – подумал я и с этими мыслями прицепил трос за крюк под бампером.

Впрочем, размышлять уже было поздно, оставалось лишь надеяться, что корейская малышка не подведёт, и действовать.

– Как только я закреплю трос, – обратился я к Кате. – И махну рукой, ты сразу же дёргай. Если окна у него не пуленепробиваемые, то я выбиваю окно, вежливо бужу хозяина дома и прошу его открыть ворота и дверь и впустить в дом двух милых девушек.

Катя кивнула, и я почти уже побежал к дому, как меня окликнула Ольга.

– Макс! Не надо ему говорить про нас с тобой. После Машки я долго лечилась у психолога. Меня к работе не допускали, Илья через своего отца за меня разводил. Он поверит, что я это сделала не ради тебя. Ну, то есть, что я ради кого угодно бы это сделала. Они ведь меня опять обманули.

Ольга стояла возле решётки и держалась за прутья. Я подошёл к ней и взялся за решётку поверх её рук. Как-то неприятно стало, словно мы в тюрьме на свидании.

– Не волнуйся, не скажу. Я не причиню тебе вреда.

– Не мне! Тебе! – Ольга высвободила руку и погладила меня по лицу, теперь это стало на все сто процентов напоминать тюремное свидание. – Я хочу, чтобы ты себе не навредил! Илья – больной на всю голову! Я уверена, что он не хочет мне помочь. Он хочет, чтобы я его об этом просила. Хочет показать, что я без него – никто! Я не исключаю, что он мне и поможет, чтобы я до конца жизни была ему обязана, он любит унижать. Но он не хочет меня вернуть, я это знаю. Но, несмотря на это, он очень ревнивый, хоть я ему и не нужна, но тебе он не простит, что я ему предпочла тебя. И вообще, лучше сказать, что вы с Катей пара.

– Нет уж, – я посмотрел на несуразную Катю, серую мышку в грязной толстовке и бейсболке и усмехнулся. – Давай я буду сам по себе, ладно?

Ольга кивнула.

 – Давай. Тем более, я не исключаю, что на самом деле, ему нужен ты!

– Скоро узнаем! – сказал я и поцеловал Ольгу сквозь решётку, о чём тут же пожалел, ну никак не мог я отделаться от неприятных ассоциаций. После чего я пригнулся и побежал в сторону дома.

Добежал до стены и внимательно стал разглядывать её, прикидывая, как по ней взобраться на второй этаж. Почти сразу же понял, что шансов это сделать без лестницы, у меня нет.

Я стоял, пригнувшись, возле стены дома и не мог ничего придумать, кроме того, что можно разогнуться и думать в нормальном положении. Передо мной было окно в какую-то комнату, в какую именно я разглядеть не мог, так как в комнате было очень темно, на окне были горизонтальные жалюзи, почти полностью закрывавшие его.

Я, тем не менее, всё равно попытался разглядеть, что было внутри, скорее, из любопытства. Едва мои глаза привыкли, и я начал различать в комнате очертания предметов, как в ней зажегся свет, и я увидел на пороге мужчину.

Я мгновенно рухнул на землю, в надежде, что он меня не заметил. Мой пульс участился, и мозг заработал с утроенной силой и скоростью. Понимая, что шансов быть замеченным у меня было не много, я осторожно приподнялся и заглянул в окно. Мужчина подошёл к большому столу, на котором стоял огромный монитор, и лежала клавиатура. Он немного пригнулся, видимо включил системный блок, так как тут же зажегся монитор. На экране стала отображаться загрузка операционной системы.

Это был счастливый билет. Конечно, ворваться к сонному было бы удобнее с той стороны, что спящему человеку нужно больше времени, чтобы прийти в себя и оказать сопротивление, но с другой стороны, я не представлял, как подлезть к окну на втором этаже. Поэтому действовать надо было сейчас. Причём счёт шел едва ли не на секунды. Сверху на монитор была прикреплена веб-камера, на которой мигал индикатор включения. Если мужик решил початиться с кем-то или устроить видеоконференцию, то его собеседник на другом конце будет видеть всё, что происходит в комнате.

Медлить было нельзя. Времени на то, чтобы перегнать машину и поставить её напротив этого окна, не было, и я решил рискнуть и в этом. Вроде прутья забора круглые, без острых граней, не должен трос перетереться или порваться.

Я быстро прицепил трос к краю решётки, так чтобы сила рывка не распределилась на все крепления равномерно, а пришлась почти полностью на крепления одного угла решётки. Увидев, мои действия и зажжённый свет, Катя сразу поняла, что я буду делать, и уже сидела за рулём.