– О, вы ещё и резонируете, как интересно, - пробубнил Орсо себе под нос, жестом отпуская охрану. Он казался недовольным.

– Только что эта девушка, - торжественно начал Первосвященник, когда они остались втроём, стоя лицами друг к другу в вершинах воображаемого треугольника, - найдя в человеческом законе хитрую лазейку, воспользовалась своим правом взять на себя ответственность за твоё преступление, Илло Вхархелис, и добровольно решила заменить тебя в грядущем заточении...

– Нет, Эрза, не делай этого, ты что!
– вскричал Илло, порывисто бросившись к ней, но тут же остановился, словно присутствие Орсо мешало ему приблизиться.
– Ни за что не делай этого, это же вся твоя жизнь!

– Она это знает, - высокомерно ответил Орсо, а затем сам подошёл к Илло и прошипел ему прямо в лицо: - Если ты, тварь, причинишь ей какой-то вред, то я достану тебя из-под земли и, не ожидая более законного повода, собственноручно намотаю твои кишки на меч! Это твой последний шанс!

А затем обернулся к Эрзе и как ни в чём не бывало продолжил:

– Вы оба свободны.

Эрза поверить не могла своим ушам, а Орсо меж тем подошёл к ней, взял её руку и поднёс её к губам, галантно целуя:

– Буду рад видеть Вас завтра на обед, Эрза. И моё приглашение насчёт экскурсии по столице остаётся в силе, конечно же.

Они шли по улицам Орналлы, и Эрзе казалось, что она заново родилась. Но Илло был подавлен, хмур и смотрел по сторонам очень неприветливо.

– Что с тобой, Илло, почему ты не рад? Они ничего плохого не делали с тобой?

– Нет, - отрывисто ответил он.

– А что тогда? Орсо сказал, что с тебя, с нас снимут все обвинения, ни штрафа, ничего, как будто ничего и не было.

– Да как он посмел!
– с ненавистью проговорил эльф, сжимая кулаки.
– Убил бы.

– Эй, успокойся, - Эрза взяла его за руку.
– Я уже поняла, что Вы старые враги и он просто сводил с тобой счёты. Но слава всем богам, эльфийским и человеческим, всё обошлось! Я чувствую себя ему обязанной.

На секунду она вспомнила, как в зале для допросов уловила настроение Илло от внезапно возникшего резонанса, и не смогла удержаться от того, чтобы сейчас уже осознанно не приоткрыть шлюзы своей силы. Почему он злится теперь, когда всё благополучно кончилось и им ничего не угрожает?

К своему изумлению, Эрза обнаружила, что та кипящая, разъедающая смола, которую она ощутила отблеском в своём сознании, была более всего похожа не на злобу или обиду, а на перемалывающую мясорубку ревности.

– Ты всегда чувствуешь так сильно?

– Это для меня нормально, - глухо ответил эльф и внезапно отнял руку, разорвав их контакт, и повернул прочь.

– А ну стой!
– Эрза крикнула прежде, чем дала себе в этом отчёт.

Илло покорно остановился. Она подошла к нему и снова взяла его за руку, дёрнув за собой в направлении дома. Он послушно пошёл за ней.

– Резонанс может быть опасен, когда я в таком эмоциональном состоянии.

– Ну так возьми себя в руки!

– Ты пойдёшь к нему завтра на обед?

– Конечно, пойду, он, вообще-то, вовсе не был должен меня отпускать. Мы ему сильно обязаны. К тому же с ним интересно разговаривать.

Она взглянула в лицо эльфа и взорвалась:

– И прекрати так реагировать, будто я выхожу за него замуж! И вообще, какое ты имеешь право на такую реакцию!

Илло поник и ничего не ответил.

И только один Лиго искренне обрадовался тому, как всё обошлось.

– Это же круто! Высший жрец первой ступени посвящения!
– бесхитростно восхищался он.
– Вот бы здорово с ним подружиться, госпожа, у него, наверное, такие связи!

– Да, я тоже думаю, что это было бы крайне полезно, - Эрза неодобрительно посмотрела на жмущегося в углу гостиной Илло. Он всем своим видом демонстрировал страдание, и это её злило. Даже "спасибо" ей не сказал, а вот обед с Орсо да, это проблема века. Тысячелетия, точнее. Тьфу, кто этих эльфов разберёт! Может, дёрнуть его за волосы или за ухо?

– Кстати, Илло, что ты выжег на той несчастной стене? Первосвященник говорил что-то об оскорблении одного из жрецов.

– Орсо дебил, - печально ответил эльф, и Эрза даже не сразу поняла, что он цитирует надпись, а не ругается.
– Ну, то есть не совсем так. Более матерно.

Девушка не знала, смеяться ей или плакать.

– И за такое мальчишество ты чуть не отдал несколько сотен лет! Илло, в некоторые моменты мне кажется, что ты младше Лиго и что тебе вовсе не 2000 лет!

– Две тысячи, - подавился Лиго своим чаем. Он был не в курсе последнего уточнения возраста Илло.