– Очень мило! – заявил я, симулируя одобрение. – Это ты себе?

– Не смеши! – Она шлепнула меня по руке.

– Для Фиби в Грецию?

– Ага. Экипировка для поездки под видом подарков ко дню рождения. Я совсем обнаглела!

Я посмотрел на нее в упор.

– Кто едет в этом году?

– Ивонн и Карл остановятся в гостинице, так что в доме будет только наша компания.

– Только ваша компания…

– Надо столько всего упаковать…

Покачивая бедрами, подошла изящная лапочка-официантка в черной юбчонке, и Элис заплатила по счету.

– Хочешь, пообедаем сегодня у меня? – добавила она, многозначительно прищуриваясь.

– Нет, пока есть вдохновение, надо писать, – холодно отозвался я и быстренько сбежал.

Скоро, впрочем, об этом пожалел. В качестве обеда пришлось довольствоваться сэндвичем из «Сабвей» на вокзале Виктория. Какая мерзость!

После этого случая надо было наверстывать упущенное. На обиженных воду возят. Требовалось срочно усилить наступление и в то же время сделать это незаметно. Меня осенило пару дней спустя. Мать принесла с чердака мешки с вещами и оставила их на полу в спальне. Я рылся в них, пока не нашел запутавшуюся в краденом гостиничном полотенце фиолетовую футболку из Элунды. Зазубренными черными буквами на ней было написано: «Зевс сведет тебя с ума».

В следующий раз, собираясь к Элис, я натянул ее под свитер и устроил в спальне медленный стриптиз, раздеваясь и танцуя диско, пока не остался в трусах и футболке.

– Я сведу тебя с ума! – произнес я, прижимая Элис к туалетному столику.

– Прекрати сейчас же! Ненавижу эту футболку! Напоминает о той ночи. Ты был так пьян, так… отвратителен!

Я продолжал извиваться, гуляя руками по ее телу.

– Тебе очень пойдет бикини! Что еще нужно…

– Пол, веди себя прилично!

Дело сдвинулось только в первую неделю июня. Майкл отдал нам пару бесплатных билетов в Национальный театр на южном берегу Темзы. Шла политическая сатира о бывшей Югославии. Элис прехала прямо с работы.

Она была раздражена и рассеянна – клиенту грозила депортация. Когда я подошел, как раз говорила по телефону. В антракте ей снова позвонили. Мы сидели на нижней ступеньке лестницы на балкон. Я ковырял пластмассовой лопаточкой медовое мороженое и ждал, пока она закончит. Мимо все время ходили, и я то и дело дергал плечом, чтобы пропустить.

Она дала отбой и тяжело вздохнула.

– Не везет.

– Бедная Элис! Тебе в самом деле пора отдохнуть!

– Жалеть надо не меня.

– В любом случае до отпуска всего ничего.

В пиджаке я весь взмок. Помню, еще пожалел, что не оставил его на сиденье.

– Забудешься хоть ненадолго.

– Вряд ли.

Она полистала программку и ткнула в фотографию актера, игравшего главную роль.

– Снимается в «Катастрофе». То-то думаю, лицо знакомое…

– Ни разу не смотрел и не собираюсь.

– Само собой, слишком примитивно для тебя! – Ее голос звучал глухо и сурово. – Чтобы Пол Моррис опустился до сериала? Как бы не так! – Бросила программку. – Извини, я устала. В Греции будет слишком много дел. В сентябре приедет за мебелью транспортная компания, надо освободить шкафы, буфет – десять лет обрастали скарбом. – Вздохнула. – Бросить все, и пусть застройщик сам разбирается – пусть сровняет дом с землей вместе с пожитками… Так нет, мне непременно надо убраться. Очень по-британски. О, и еще с «Гермесом» что-то придумать! Господи…

– Гермесом?

– Старый пикап, достался мне вместе с домом. Сломался много лет назад. Если заведется, продала бы…

Прозвенел звонок к началу второго акта. Я решил пойти ва-банк. От напряжения кружилась голова.

– Так тебе просто нужен профессиональный механик!

– Да. Надо поискать на Пиросе, полагаю, они там все-таки водятся.

– А может, подойдет сексуальный мужчина, который в годы учебы не боялся на каникулах марать руки и подрабатывал помощником в «Маккой и Маккой Моторс»? Лучший автосервис в Мортлейке! Техобслуживание и ремонт. Без предварительной записи! – Я встал и поднял вверх большие пальцы.

– Ты, – она повторила мой жест, – предлагаешь починить машину?

Я пожал плечами и заложил руки в задние карманы брюк.

– Может, ты неверно меня оценила и я не такой уж и «умник»?

Она поднялась, и, поскольку стояла на ступеньку выше, наши глаза оказались на одном уровне.

– Мы все трепались, как будет классно, а на самом деле – нет. Мне грустно прощаться с этим домом. Да еще десятая годовщина Джесмин… Ивонн и Карл… Приятного мало. Тебе может не понравиться.

Прозвенел второй звонок. Я взял ее под руку и повел в зрительный зал, не в силах спрятать улыбку.