Парень на холме холодным взглядом наблюдал за девушкой, как только она вышла из тоннеля. Не вышла – вынырнула из темноты, словно напуганный кролик из норки. Он не стал кричать, чтобы привлечь ее внимание, – просто ждал, когда она его увидит. В какой-то момент он забеспокоился, что она вернется в тоннель, и решил ее позвать, но девушка передумала возвращаться. Не было никакой необходимости звать ее – она его заметит.

Он оказался прав. Даже издалека он разглядел плескавшееся в ее глаза облегчение, когда она энергично помахала ему рукой. Но он ей не ответил. Видно было, что это ее удивило, но потом она направилась к нему. Девчонка двигалась неуклюже, запуталась в заборе из колючей проволоки и скользила по мокрой траве. А когда оказалась довольно близко, чтобы увидеть выражение его лица, он отвернулся.

Контакт произошел.

Дилан наконец дошла до него и смогла получше рассмотреть. Она в точку попала с возрастом – от силы на год старше. На нем были джинсы, кроссовки и теплый темно-синий джемпер со словом «Бронкос», написанным рельефными оранжевыми буквами. Так как он сидел согнувшись, сложно было определить его рост, но, скорее всего, средний. Довольно загорелый, с веснушками на носу. Лицо его было беспристрастным, а как только Дилан подошла ближе, он отвернулся и стал смотреть на пустынный ландшафт. Даже когда она встала перед ним, он не поднял голову. Это сбивало с толку, и Дилан заерзала на месте, не зная, что сказать.

– Привет, я Дилан, – наконец пробормотала она и в ожидании ответа стала переступать с ноги на ногу и отвела взгляд в ту же сторону, гадая, на что же он смотрит.

– Тристан, – ответил парень, быстро взглянул на нее и снова отвернулся.

Дилан была рада, что он хотя бы ответил, и сделала еще одну попытку завести разговор.

– Ты, наверное, тоже был в поезде. Я так рада, что не единственная здесь! Похоже, я потеряла сознание в вагоне, а очнулась уже в полной темноте и… одна. – Она произнесла это очень быстро, нервничая из-за его равнодушия. – Все остальные пассажиры уже ушли, а меня, наверное, не заметили. Там была тетка с кучей сумок – я застряла под ними. А когда выбралась, то не могла понять, куда все делись, но мне кажется, что мы просто вышли не с той стороны тоннеля. Готова поспорить, пожарные, полиция и все остальные находятся по другую сторону.

– Поезд? – Он повернулся к ней, и она впервые заглянула в его глаза. Они были голубыми, как лед, и такими же холодными. Кобальтовыми. Ей показалось, они могли заморозить ее кровь, если бы парень злился, но сейчас в его глазах отражалось любопытство. Он рассматривал ее с долю секунды, а потом перевел взгляд в сторону тоннеля. – Точно. Поезд.

Она выжидающе уставилась на него, но он, похоже, ничего больше не собирался сказать. Закусив губу, Дилан прокляла свою удачу: единственный здесь человек – этот парень-подросток. Взрослый знал бы, что делать. А еще, хотя ей не хотелось в этом признаваться, она всегда нервничала из-за таких парней. Слишком спокойные и слишком уверенные в себе – рядом с ними она всегда чувствовала себя полной идиоткой.

– Может, нам пройти через тоннель в другую сторону? – предложила она. В компании с этим парнем (даже с этим парнем) это было бы не так ужасно. Они могли бы встретиться с другими пассажирами, но главное – спасательными службами, и она бы еще успела спасти выходные с папой.

Парень перевел на нее свой ледяной взгляд, и ей пришлось сдержаться, чтобы невольно не отступить назад. Его глаза притягивали, словно магниты, и они точно видели ее насквозь. Дилан почувствовала себя обнаженной, практически голой. Она неосознанно скрестила руки на груди, словно пыталась прикрыться.

– Нет, мы не можем там пройти.

Его голос звучал безразлично, точно его совершенно не волновала ситуация, в которой они оказались. Точно он мог вечность спокойно сидеть на склоне этого холма.

Ну, подумала Дилан, а я так не могу.

Посмотрев на нее еще какое-то время, парень снова перевел взгляд на холмы. Дилан закусила нижнюю губу, придумывая, что сказать.

– У тебя есть телефон, чтобы кому-нибудь позвонить, например в полицию? Мой сдох во время аварии. И мне надо позвонить маме; когда она услышит, что случилось, то с ума сойдет. Она чересчур меня опекает и захочет знать, что я в порядке, чтобы сказать: «Я же тебе говорила…» – Дилан замолчала.

В этот раз он на нее даже не посмотрел.

– Телефоны здесь не работают.

– О… – Теперь она начала злиться. Они застряли здесь одни, без взрослых, и нет никакого способа с ними связаться, а он не предлагал никаких планов спасения. Но, кроме него, здесь никого не было. – Тогда что же нам делать? – растерянно спросила она.

Вместо того чтобы ответить, он вдруг поднялся. Парень оказался намного выше, чем она бы подумала. Он посмотрел на нее, ухмыльнулся и пошел прочь.

Дилан несколько раз открыла и закрыла рот, но не издала ни звука. Она стояла, не двигаясь и молча, прикованная к месту из-за этого странного парня. Он что, собирается оставить ее здесь? Одну?

На этот вопрос ответ она получила быстро. Парень прошел десять метров, остановился, повернулся и посмотрел на нее.

– Ты идешь?

– Иду? Куда? – спросила Дилан. Ей не хотелось покидать место аварии. Логично было остаться здесь. По крайней мере, здесь их найдут. Кроме того, откуда он знает, куда идти? День уже подходил к концу, и скоро станет темно. Поднимался ветер, было холодно; она не хотела потеряться и провести ночь непонятно где.

Но его уверенность заставила ее засомневаться. Он как будто заметил ее нерешительность. Снисходительно посмотрел на нее и произнес голосом, полным превосходства: