— Черт, Марк. Ты выглядишь, словно утопленник, пролежавший в воде неделю.

«И чувствую себя так же». — Ну, спасибо, — с подчеркнутой любезностью ответил он.

Она фыркнула — он не знал, было ли это удивление, насмешка или отвращение — и вновь занялась контрольным интерфейсом шлюпки. Люк закрылся, захваты отошли, и в тишине они отчалили от борта «Сапсана». При переходе от невесомости к ускорению Марк снова сосредоточил все свое внимание на собственном набитом желудке и сглатывал, борясь с тошнотой.

— А почему главный человек в СБ всего лишь в капитанском звании? — спросил Марк, чтобы отвлечь свои мысли от тошноты. — Ведь не секретности ради, — все равно все знают, кто он такой.

— Еще одна барраярская традиция, — отозвалась Ботари-Джезек. В ее голосе при слове «традиция» прозвучал легкий оттенок горечи. По крайней мере, она с ним хоть разговаривает. — Предшественник Иллиана на этом посту, покойный великий капитан Негри, не принимал дальнейшего повышения. Этот род честолюбия доверенному человеку императора Эзара был чужд. Все знали, что Негри говорит Голосом императора, и его приказы были превыше любого звания и чина. Думаю, Иллиан… всегда немного стеснялся получить звание выше, чем его бывший начальник. Хотя жалование он получает вице-адмиральское. Какой бы бедняга ни возглавил СБ после отставки Иллиана, ему, наверное, придется застрять на капитанском звании навсегда.

Они приблизились к средних размеров космической станции на высокой орбите. Под конец Марк мельком увидел Комарр, вращающийся далеко внизу и уменьшенный расстоянием до размеров половины Луны. Ботари-Джезек твердо придерживалась траектории, определенной ей предельно лаконичным диспетчером станции. После томительной паузы, во время которой они обменялись паролями и отзывами, шлюпка вошла в причальный люк.

Два молчаливых, бесстрастных вооруженных охранника, очень аккуратные и подтянутые в своих зеленых барраярских мундирах, встретили их и провели по станции в небольшое, лишенное окон помещение, обставленное как кабинет — стол с комм-пультом и три кресла, и больше ничего.

— Благодарю. Оставьте нас, — произнес мужчина за столом. Охранники вышли так же молча, как делали и все остальное.

Оставшись один, мужчина, кажется, слегка расслабился. Он кивнул Ботари-Джезек. — Привет, Елена. Рад тебя видеть. — В негромком голосе послышалась неожиданно теплая нотка, словно это дядюшка приветствовал любимую племянницу.

Остальное было в точности таким, как Марк изучил по видеозаписям Галена. Саймон Иллиан был худощавым, стареющим мужчиной с сединой, приливом поднимавшейся в темно-русых волосах от висков. На округлом, курносом лице было слишком много тонких морщин, чтобы оно выглядело молодым. Находясь на военном объекте, он был надлежащим образом одет в зеленый офицерский мундир с такими же знаками различия, как те, что Куинн пыталась навязать Марку, и Глазом Гора — эмблемой СБ, — подмигивающим с воротника.

Марк заметил, что Иллиан уставился на него в ответ совершенно особым взглядом. — Бог мой, Майлз, ты… — начал он сиплым голосом, и тут его глаза вспыхнули пониманием. Он откинулся в кресле. — А-а. — Уголок его рта дрогнул в усмешке. — Лорд Марк. Привет вам от миледи вашей матери. И я очень рад наконец встретиться с вами. — Голос его звучал совершенно искренне.

«Ненадолго», безнадежно подумал Марк. А потом — «Лорд Марк? Не может быть, чтобы он это всерьез.»

— Еще я рад снова знать, где вы находитесь. Я так понимаю, капитан Куинн, что сообщение из моего департамента относительно исчезновения лорда Марка с Земли наконец вас настигло?

— Пока нет. Наверное, оно все еще гонится за нами с нашей… прошлой остановки.

Иллиан поднял брови. — Так что же, лорд Марк самостоятельно явился с холода, или это мой былой подчиненный прислал его ко мне?

— Ни то ни другое, сэр. — У Куинн, похоже, обнаружились проблемы с речью. Ботари-Джезек заговорить даже не пыталась.

Иллиан подался вперед, посерьезнев, хотя в его словах все еще слышался отголосок тонкой иронии. — Итак, плату за какую именно необдуманную, противоречащую дисциплине и вообще я-думал-вы-приказали-мне-проявить-инициативу-сэр аферу хочет он выманить у меня вашими руками на этот раз?

— Никакой аферы, сэр, — пробормотала Куинн. — Но счет обещает быть громадным.

Атмосфера легкого веселья испарялась по мере того, как Иллиан рассматривал ее посеревшее лицо. — Да? — секунду спустя произнес он.

Куинн оперлась на стол обеими руками — не для большей выразительности, понял Марк, но чтобы не упасть. — Иллиан, у нас проблема. Майлз погиб.

Лицо Иллиана застыло, как восковое. Он резко развернул кресло; Марк мог видеть лишь его затылок, редеющие волосы. Когда Иллиан повернулся обратно, на его застывшем лице проявился доселе незаметный рисунок морщин, словно шрамы. — Это не проблема, Куинн, — прошептал он. — Это катастрофа. — Он очень осторожно положил обе ладони плашмя на черную гладкую поверхность стола. «Так вот где Майлз подхватил этот жест», некстати подумал изучавший его привычки Марк.