— Понятно. И что ты намерен делать дальше?

— Надо вернуться в город. Вы туда?

— Нет, Скиф, мы ищем Крушителя.

Я посмотрел на Тиссу, она сделала легкий кивок. Ага, значит, помирились и всё-таки решили попробовать ещё раз, уже без вагонов.

— Дался он вам?

— Новый босс, — нехотя пояснил Эд. — Хотим получить «Первое убийство».

— Достижение? Ясно. Ладно, спасибо, что выручили. Я пошел. Увидимся в школе.

И направился к реке, но не дошел даже до берега, как меня окликнул Краулер:

— Эй, Скиф! Ты страдаешь фигней! Просто умри и окажешься дома, на родном кладбище. Терять тебе нечего, ведь так?

— Терять нечего… — согласился я. — Но попробую дойти своим ходом.

Ох, бездна! Там же каменные рвачи! Ё-моё, да ведь они тупо сгрызут меня на глазах у «дементоров», и те увидят, что я возрождаюсь там же! А сколько добра у меня в сумке! Бездна!

— Точно? — ухмыльнулся Эд.

Его ладонь вспыхнула. Искра огня, зародившаяся в кулаке, набирала объем и наливалась плазмой файрбола.

— А то могу помочь! Это будет не больно… наверное.

Он рассмеялся и приподнял руку, раскрывая ладонь.

У меня перед глазами пронеслись картины: с меня высыпается синий лут, я возрождаюсь, ширятся в удивлении восторженные глаза Тиссы, и Эд складывает два и два и получает убедительные доказательства, что со мной что-то не так…

— Стой! Не надо убивать, я не хочу.

— Алекс, в чем смысл? — спросила Тисса. — Ты всё равно не выживешь, река кишит рвачами, только посмотри туда.

Непроизвольно оглянувшись, я увидел, как бурлит поверхность воды. Среди зубастых рыбок поднялся настоящий ажиотаж. Они видели нас и возбуждённо выпрыгивали из воды, расстилая красную ковровую дорожку.

Я вздрогнул, вспомнив, каково это, когда тебя рвут сотни зубастых пастей одновременно. Ощущение, что натирают на терке — аж мурашки пошли по коже. Но и давать себя убивать нельзя — спалюсь.

— Я сказал «нет»!

— Нет?

— Нет. Что в этом слове тебе непонятно, Родригез?

Эд не стал, как обычно, уточнять, что мы в Дисе, а он — Краулер. Вместо этого он помолчал, что-то обдумывая, а потом подошел ближе. Файрбола в его руке не было, он отменил каст.

— Что-то не сходится, Скиф. Я знаю, что ты умник и везде ищешь выгоду. Тебе выгодно, чтобы я тебя убил, — ты сэкономишь кучу времени, ничего не теряя. Опыт не отнимется, шмоток на тебе нет. Ко всему, ещё и зубов рвачей избежишь. Это я потеряю единицу репы с городом, то есть в минусе я. Но предлагаю тебе дружескую услугу, а ты отказываешься? Это странно.

— Ты садист? Пироманьяк? Ты пробовал сжечь себя?

— Пиро… что? — нахмурился Эд. — Огонь? А что огонь? Ты умрешь сразу, ведь ты дохлый, и мой файрбол сделает всё в доли секунды. А рвачи будут убивать долго… Но ты отказываешься! И это не просто так…

— Да что ты к нему привязался, Краулер? — к нам подошла Тисса. — Может, у него боязнь огня? Да, Алекс? У тебя пирофобия? Хочешь, я тебя убью? Магия света и всё такое. Дланью Нергала могу прихлопнуть… Бах! И готово!

Видя оживляж, подгребли и Малик с Хангом. Варианты моего убийства посыпались один другого хлеще:

— Может, голову срубить? Скиф, ты даже ничего не почувствуешь!

— Слушай его, ага! Давай я? Могу просто горло перерезать, — подал голос Инфект. — Или загнать тебя сначала в стан, это обезболит!

— Стрелой света в глаз!

— Лучше Огненную стену! Чтобы не передумал и не сбежал!

«Дементоры» увлеклись обсуждением и ржали над каждым предложением. Бомбовоз так смеялся, что свалился в овраг, потянув за собой Инфекта. Это вызвало новый взрыв хохота. Что за балбесы? Ладно, парни, но у Тиссы вообще слезы из глаз, так ей смешно!

Нафиг этих придурков! Лучшего момента, чтобы просто выйти из игры, не придумать. Я открыл командное меню и потянулся взглядом к кнопке выхода.

Невозможно выйти из «Дисгардиума», находясь в режиме боя.

Покиньте его, чтобы выйти из мира, или активируйте экстренный выход, воспользовавшись командой капсулы погружения или командой в интерфейсе. Вам засчитается поражение в бою, а персонаж будет считаться погибшим!

Пока я растерянно вчитывался в сообщение, смех разом затих. Эд заорал: