– Разве в вашей культуре не принято делать наоборот?

– Еще как принято. Но не в том случае, когда… собственная фамилия не вызывает ничего, кроме отторжения.

– Отторжения? Но… почему?

– А вот это как раз и связано с твоим самым первым вопросом. О моих пристрастиях. Я… не один такой урод в своей семье.

– Ты не урод!

– Наверное, - пожал плечами Сеничкин, - но, как бы то ни было, в моем роду так жили все.
– Он встал и зашагал по комнате. –Знаешь ли такой образ жизни. Который передавался из поколения в поколение. Вот есть, к примеру, семьи староверов, солнцепоклонников, мормоны, мать их дери! А род Ковалей… род чертовых извращенцев! Ну, что теперь скажешь?

Глава 14

Это был знойный пятничный вечер. Слава как раз возвращался с работы, когда снова увидел её. Девчонку. Чёрную, как ворона, тонкую и нескладную. Она частенько сидела у его подъезда, заткнув наушники в уши. Дешевая одежда, старые потертые кеды и не менее потрёпанный рюкзак. Скорее всего, обитательница близлежащих трущоб, готовящихся под снос. Совсем недавно и на месте его дома такие стояли. А теперь возвышаются вытянутые коробки новостроек… Девчонка всегда сидела одна. Не ждала никого, и её тоже, по всей видимости, никто не ждал. В этом они со Славой были похожи. Он тоже возвращался в пустую, неуютную и не обжитую квартиру.

– Эй, скоро дождь ливанет.

– А?
– Похожая на ворону девушка, вытащила из уха наушник, и вопросительно на него уставилась.

– Говорю, дождь сейчас ливанет, беги домой.

– Нет у меня дома, - буркнула та и снова воткнула наушник, тем самым обозначив своё нежелание продолжать разговор. Слава пожал плечами и побрел к подъезду.

Спустя полчаса, как он и думал, началась гроза. Дождь барабанил по стёклам, на плите шипела картошка, вызывая у Славы обильное слюноотделение. На работе ему поесть так и не удалось. Мужчина подошёл к окну и забористо выругался. Девчонка так и сидела на лавке, не обращая никакого внимания на обрушившуюся на город стихию. Ее волосы чёрными змеями спускались на плечи, мокрая насквозь футболка прилипла к телу. Слава так и не понял, что его дёрнуло выйти из тепла квартиры навстречу абсолютно чужому человеку. Но факт оставался фактом - он это сделал.

– Пойдём!
– скомандовал резко, забирая со скамейки вороний рюкзак.

– К-куда?

– Ко мне. Погреешься, переждешь дождь.

– Это неудобно и…

– Пойдём.

Она смерила его пристальным взглядом, но все же поднялась, пробормотав тихонько:

– Спасибо.

Зайдя в квартиру, первым делом Слава отправил девушку в ванную. Снабдил её полотенцем и своей старой растянутой футболкой. Девчонке не помешало бы переодеться в сухое.

– Тебя как зовут-то?

– Маша, - практически прошептала она.

– Иди, Маша, в душ. Согреешься хоть. А я пока сделаю тебе горячего чая.

Девушка кивнула и плотно прикрыла за собой дверь. А Слава, вернувшись в кухню, принялся накрывать на стол. Гостей у него отродясь не было, поэтому присутствие в доме постороннего человека воспринималось необычайно остро. Маша не заставила его долго ждать, уже минут через десять выскользнула из ванной и застыла в дверях, неловко отводя взгляд. Мужчина сглотнул. Сквозь тонкий трикотаж футболки отчетливо просматривались маленькие, едва обозначившиеся груди с большими яркими ореолами вокруг острых, сжавшихся от холода, сосков. Член Славы моментально встал, вынуждая того резко отвернуться к плите, чтобы не выдать себя.

– А как вас зовут?
– раздался каркающий голос за спиной.

– Вячеслав.

– Вот так… Без отчества?

– Вячеслав Николаевич, - поправил себя Слава. Да, так действительно будет правильнее! Она ему в дочери годится. Из этого и будут исходить.
– Так что там у тебя за беда дома?

Маша нахмурилась, но все же ответила:

– Дома пьяная мать и её собутыльники.

– И часто тебе вот так приходится… Отсиживаться, где ни попадя?

– Случается, - буркнула девушка, с жадностью набрасываясь на стоящую перед ней картошку. Интересно, как давно она ела в последний раз? Он не мог об этом не думать... Быстро поужинав, Маша поблагодарила мужчину и подошла к окну.

– Не утихает.

– А если утихнет? Что будешь делать? Опять на скамейке сидеть?

– Мне не привыкать… - философски пожала плечами девушка, отчего острые выпирающие лопатки подпрыгнули, едва ли не распоров тонкую ткань футболки.

– Можешь переночевать здесь. Я не против.

Она резко обернулась, буквально пронизывая его своим изучающим взглядом:

– Не думай, что я попрошу что-то взамен. Это не так, - посчитал необходимым уточнить мужчина. Впрочем, уже пожалев, что вообще предложил ей ночёвку.

– Ладно.

– Хочешь, кино посмотрим, или…

– Давайте.

Слава щёлкнул пультом, уселся на диван и похлопал рядом с собой. Больше в квартире сидеть было не на чем. Маша робко подошла, уселась как можно дальше от него и уставилась в телевизор, но уже через час стала клевать носом. Слава разложил диван, кинул девушке стопку постельного, а сам пошёл в спальню.

Так началась их странная совместная жизнь. Следующие три недели Маша то уходила, то снова появлялась на скамейке у дома. И каждый раз он звал её к себе. Не знал, зачем. Хотелось помочь, и вообще… хотелось. Он не помнил, чтобы желал кого-то так сильно, как эту тощую неказистую девушку. Слава будто бы помешался на ней. Летел с работы, как сумасшедший, в надежде увидеть её тонкую фигурку. И не мог найти себе места в те дни, когда она не приходила. У них были странные отношения. Они ужинали, рассказывая друг другу о собственной жизни, потом Маша обязательно принимала душ, и только после этого они располагались на диване, чтобы посмотреть очередной дурацкий фильм. Ничего особенного, но эти тихие совместные вечера скрашивали его серую одинокую жизнь. За это время Слава узнал, что Маша учится в медицинском колледже, и в следующем году, если все будет хорошо, она станет дипломированной медсестрой. Девушка тоже интересовалась его делами. Мужчина рассказал ей, что он в прошлом военный, а сейчас на заслуженной пенсии, подрабатывает начальником охраны в большом торговом комплексе. Так и жили.