Шрифт:
– Я понимаю. И готов приносить пользу Советскому Союзу в том отделе, в каком потребуется.
Улыбка... Понимает, что так ему намекают, что в любом отделе, но непременно в ОГПУ. Но отторжения не чувствуется.
– Потребуется. Леша. Мое слово весит не очень много, но и не услышать его нельзя. Месяца два или три, я думаю, займут проверка и оформление бумаг. Ты где остановился?
– В гостинице, вздохнул я, показывая, что для простого советского студента это не лучший выход, если вспомнить об отсутствии денег.
– Справлюсь, если попробую на временную работу устроиться. Вагоны, например...
– Лучше займись учебой. Языками и еще кое-чем, я подумаю, что посоветовать, - кажется, Руцис призадумался на тему сделать из меня своего протеже и пользоваться этим в будущем, если все хорошо для него сложится.
– На гостиницу денег у тебя на такой срок не хватит... В общежития наши тебя не устрою, бумага нужна. Дам несколько адресов, где часто комнаты сдают. Недорого.
– Спасибо, Аркадий Янович!
– Успеется, - промельк в глазах. Дескать, я еще свое сторицей стребую. Потом, когда смысл появится.
– И не забудь позвонить, когда устроишься. Мне будет что тебе сказать и посоветовать. Сейчас же пора, еще встретимся.
И чекист, не сильно озадачивая себя правилами хорошего тона, встал из-за стола и неспешно направился к выходу из чайной. Счет, кстати, предоставил оплачивать мне. Нормально, уж такую мелочь точно переживу, с моими то финансовыми запасами. Теми самыми, о которых роже чекистской знать точно не положено. Так что продолжаю прихлебывать чай, заедая его сдобной булочкой с маком и думать...
Мыслей было много, но все они двигались в радующих меня направлениях. А как иначе? Первый шаг по внедрению осуществлен. Теперь должна быть некоторая пауза, но это неизбежно. Ничего, посидим тихо, изображая тщательную подготовку к работе в ОГПУ. Руцису непременно позвоню, вежливо попрошу советов, чем лучше себя занять в плане учебы. Ну, помимо изучения иностранного языка... или языков. Главное для меня - получить официальную принадлежность к той организации, которую я абсолютно ненавижу. Изнутри, как известно, куда легче ударить в нужную цель. А к тому же избегая подозрений.
Глава 3
'Покуда существует революционный террор, должен существовать и полицейский розыск. Познакомьтесь, господа, с революционной литературой, прочтите строки, поучающие о том, как надо бороться посредством террора, посредством бомб, причем рекомендуется, чтобы бомбы эти были чугунные, для того, чтобы было больше осколков, или чтобы они были начинены гвоздями. Ознакомьтесь с проповедью цареубийства.'
П.А. Столыпин, премьер-министр и министр внутренних дел Российской Империи
'Образец надо дать. Повесить (непременно повесить, дабы народ видел) не менее 100 заведомых кулаков, богатеев, кровопийц. Отнять у них весь хлеб. Назначить заложников, согласно вчерашней телеграмме. Сделать так, чтобы на сотни верст народ видел, трепетал, знал, кричал... Найдите людей потверже'.
В.И.Ленин
Судьба любит порой забавно подшучивать над людьми. А так как я, несмотря на некоторые странности внутри моей головы, все же человек, то и меня фатум не обошел стороной. Совсем не обошел!
За все достижения надо платить. Это я знаю. Но на сей раз плата оказалась... крайне оригинальной. И ведь знал, что это будет противно, но не представлял до какой степени. О чем это я сейчас? Да о том месте, где я вынужден был жить вот уже почти три месяца. О богами проклятом месте - коммунальной квартире! Знал, что для полной достоверности придется косвенным образом Руцису, что гостиница не по карману для студента-недоучки. Догадывался и о последствиях, но не думал, что все будет настолько омерзительно.
Коммунальное жилье, как всем понятно, происходящее от слова 'коммуна'. Жуткое изобретение советской власти - засунуть в одну большую, многокомнатную квартиру несколько семей, создавая ад на земле. Впрочем, многие обитатели этого ада сами в него заползали - радостно и с половецкими плясками. Тогда еще. Сразу после революции, когда этакими первобытными ордами набивались как сельди в бочки в квартиры бывших, как они считали, 'угнетателей'. И, само собой разумеется, портили и обгаживали все, что под руку попадалось. Например, топить книгами буржуйки и из роскошных штор вертеть косынки и портянки... Вот он, человек советский во всей своей красе. Не создавать новое, но разрушать 'до основания' старое. Впрочем, это им и их идеологическая накачка велит. Как там звучит в их песенке? Весь мир насилья мы разрушим до основанья. А затем... Мы наш, мы новый мир построим. Кто был никем, то станет всем.
Вроде бы так они поют. Ну да, разрушить мир у них получилось. Не весь, но уж великую Империю точно. Вот только устроенная на ее обломках хибара никакого уважения не внушает. Может она и способна будет ужасать, когда на нее смотрят извне. Но жить внутри нее, быть ее частью... Сомневаюсь, что нормальный человек, с честью и гордостью, способен на такое. А вот насчет того, что бывшие никем стали всем - это да! Достаточно всего лишь как следует поинтересоваться, кто сейчас находится на важных постах и... тихо побиться головой о стену, потому как здоровая голова подобное нормально воспринимать просто не может. Там не что университетское образование - законченное реальное училище или гимназия практически не встречались.