Куда же это меня выкинуло?

Песчаный пляж, ограниченный высоким скальным массивом, бесконечно тянулся в обе стороны.

Хм… И куда мне идти? Налево или направо? Да какая разница!

Я выбрал правую сторону и побрёл вдоль прибоя.

Как часто бывает после шторма, берег изобиловал морским мусором: травой, осколками панцирей, ветками и ракушками. Но ни одной рыбки мне не удалось найти. А вода и еда – это сейчас основное, что меня тревожило. Живот уже бурчал, требуя пищи, жажда ещё сильно не мучила, но организм уже намекал, что вода ему скоро потребуется.

Я мысленно пробежался по своему телу. Все органы в порядке, ничего не повреждено, а вот запаса волшебной энергии осталось всего половина. И в случае опасности придётся пользоваться силовым полем более экономно. Хотя у меня же есть грави-кольцо! – обрадовался я. Оно действует по окружности и в радиусе десяти метров может создавать повышенную гравитацию. Я вспомнил, что однократное нажатие на камень чуть не раздавило всех нас о ближайшие стены, а если бы маркиз успел нажать второй раз, то от всех присутствующих осталась бы в лучшем случае отбивная. Пусть это не оружие, но в ближнем бою оно может оказаться более эффективным.

Я всё шёл и шёл по песку в поисках прибрежной добычи, но ничего съестного мне не попадалось. Скальная гряда так и тянулась вдоль берега, и я пока не находил возможности её преодолеть. Вроде и не очень высоко, примерно метров двадцать, но без спецснаряжения на камни мне не взобраться. Через полчаса пляж закончился. Скальный массив заворачивал к морю, отрезая мне дальнейший путь.

– Ну и хрен с тобой! – выругался я и, закрыв забрало шлема, полез в воду.

Спасательный жилет помогал мне спокойно держаться на поверхности, и я поплыл вокруг скального выступа. А выбравшись на очередной пляж, опять побрёл по песку.

Скалы чуть уменьшились по высоте, но всё шли нескончаемой грядой. Берег также был весь в морских водорослях, которые начинали характерно гнилостно попахивать. Я машинально пинал ногами особо крупные кучи, попадающиеся мне на пути, как вдруг из одной из них выкатилась белая пластиковая банка консервов.

Обрадовавшись, я схватил её и увидел на крышке рисунок… морских водорослей и надпись на английском языке.

– Хорошо, что эти-то хоть съедобные! – взбодрился я.

Открыв пластиковую крышку, я руками стал выхватывать водоросли в кисло-сладком белом соусе. Одной баночкой консервов я не наелся, но оптимизма прибавилось.

Чуть дальше попалась ещё одна банка, а потом их уже лежала целая россыпь. Меня посетила мысль, что всё это богатство сюда попало явно с рыболовной шхуны. Мне повезло, что они в пластиковой упаковке и могут держаться на воде, железные консервы давно уже на дне валяются. Сложив всю добычу в кучу, я пошёл дальше, внимательно осматривая берег. Чуть позже мне стали попадаться обрывки верёвок, даже кусок буксировочного каната, обломки досок и тот самый багор, которым мне подавали канат рыбаки. Ему я обрадовался особо. Какое-никакое, но уже оружие. Он был примерно полтора метра длиной, с крепкой деревянной рукояткой и с наконечником в виде шипа, соединённого с загнутым назад крюком. Вооружившись им как посохом, я стал внимательно ворошить водоросли. И моя надежда оправдалась. В особенно высокой куче морской травы мне удалось обнаружить ополовиненную упаковку пол-литровых пластиковых бутылочек с кока-колой. И я тут же уговорил одну.

Оттащив питьё к своей прошлой добыче, я уже с хорошим настроением отправился на дальнейшие поиски. Но позитив мгновенно улетучился, когда я нашёл изувеченное тело одного из матросов. Было видно, что мужчину разбило о камни рифа, так много кровоподтёков и ран было на его голове. Обыскав карманы рыбака, я обнаружил полезный предмет – мультитул. Там был и нож с отвёрткой, и кусачки с напильником. Лезвие ножа хоть и не длинное, но для меня это было уже сокровищем. В другом кармане в портмоне находились документы с фотографией семьи парня. М-да… родственники даже похоронить его не смогут.

Пройдя ещё немного, я обнаружил и второе тело – это был капитан Мэтт Пембертон. Окровавленная нога кэпа подсказывала, что он банально истёк кровью от очень обширной раны. Его карманы принесли мне кроме документов водонепроницаемый фонарик. Хотя забрало моего шлема и позволяло видеть в темноте, но как отпугивающий фактор для диких животных фонарик я забрал.

Больше ничего полезного я не нашёл, кроме разорванного мешка из полимерного материала. «Сойдёт для рюкзака», – подбирая упаковку, подумал я.

Мужчин я похоронил около скал, разгребая песок руками и кусками досок. Из самых тонких обломков соорудил крест, обвязав его распущенной верёвкой из куска каната. А на скале багром выцарапал имена погибших мужчин на английском языке с указанием мира – Земля и дату их смерти согласно земному календарю. Помянуть их было нечем. Не колой же. Поэтому я просто постоял, пожелав им, чтобы земля была пухом.

Я упаковал в мешок все консервы с морской капустой и бутылки с колой. Забрал даже пустую. Может, дальше попадётся пресная вода, будет куда налить. Прихватил багор и направился всё так же по пути заходящего солнца. Пройдя с километр, я увидел, что скальная гряда уже не такая отвесная и у меня есть шанс забраться на неё. Собравшись было лезть по камням наверх, я ещё раз оглядел берег, и мой взгляд зацепился за что-то сверкнувшее на солнце из очередной кучи водорослей. Подойдя к ней, я с удивлением разглядел в зелени бок бутылки в виде фляжки. Ещё ничего не подозревая, я откинул траву и несказанно обрадовался, обнаружив неразбитую поллитровку виски The Famous Grouse. Мне показалось странным, что ёмкость осталась целой, но, взяв её в руки, понял, что и здесь ценный продукт спасла пластиковая тара. Наверное, это из запасов капитана, подумалось мне.