— А разве ты не встречаешься с один из этих негодяев?

Она фыркнула:

— Должен же кто-то держать вас в узде.

Фрей закашлялся от смеха, и кто-то шикнул на него. Потом Триника коснулась его руки и указала на возвышение.

— Они! — сказала она.

И, действительно, они заняли места перед эрцгерцогом. Малвери, Крейк, Харкинс, Пинн и, наконец, Сило. Они стояли вытянувшись, все с начищенными пуговицами и сверкающими ботинками, волосы и бороды причесаны и подровнены — у тех, у кого они были. Даже Фрею пришлось согласиться, что они выглядят не так плохо.

Эрцгерцог подошел к Малвери.

— За экстраординарную храбрость на благо вашим товарищам-солдатам, — сказал он. — За ваше жизненно важное участие в обеспечении Вардии информацией о враге и за бесчисленные жизни, спасенные таким образом, я награждаю вас, Альтазар Малвери, медалью Легион Вардии и Герцогским Крестом. Ваша страна считает вас одним из своих самых драгоценных сынов.

«Я обязан тебе своей жизнью, — подумал Фрей. — И, более важно, я обязан тебе ее жизнью. Черт меня побери, если ты не лучший хирург в Вардии, старина».

Эрцгерцог прикрепил медаль рядом с той медалью, которую Малвери уже имел, и зал наполнили аплодисменты. Доктор держался настолько невозмутимо, насколько смог, но даже на расстоянии Фрей видел, что лицо Малвери сияет такой яростной гордостью, что на нем можно было жарить цыплят.

— Грайзер Крейк! — сказал эрцгерцог, сдвигаясь вдоль шеренги. — Мало кто из людей раздвинул границы наших знаний с такой целеустремленностью и риском для собственной жизни, как вы. Ваши исследования и ваши жертвы имели исключительно важное значение для того, чтобы поставить императоров на колени. За это и за ваш выдающийся вклад в науку, я награждаю вас Герцогской Звездой.

— Я заметила, — прошептала Триника, — что он так и не сказал слово демонизм.

— Не все сразу, — сказала Самандра. — Умы людей не изменишь за одну ночь, но мне кажется, что пройдет не так-то много времени и слово демонизм перестанет быть ругательством.

— Джандрю Харкинс! — продолжал эрцгерцог. — За выдающуюся храбрость в воздухе, я награждаю вас высшей наградой Флота, Железным Крылом!

Галерея взорвалась аплодисментами. Фрей, вложив пальцы в рот, свистел до тех пор, пока Триника не толкнула его.

— Аррис Пинн! — сказал эрцгерцог. — За самоотверженный шпионаж, за невероятно рискованное проникновение в ряды пробужденцев, за добычу критически важной информации, награждаю вас Народной медалью.

— Как, во имя тления, он сумел так все повернуть? — прошептала Самандра.

— Пинн получил медаль за разведку и ум, — сказал Фрей, хлопая и мотая головой. — Остановите планету, я слезу.

Потом эрцгерцог встал перед Сило. Короткая пауза. Эрцгерцог глядел на него, казалось, глубоко погрузившись в мысли.

— Погоди, — сказал Фрей. — Вот это будет сюрприз.

— Силопетхкаи Аурамактама Фаиллинан! — наконец громыхнул эрцгерцог.

У Фрея отвисла челюсть:

— Черт меня побери. А парень-то не промах!

— Вы руководили сражением, вдохновляя всех вардийцев, — сказал эрцгерцог. — Когда казалось, что все потеряно, вы придали нам силы. Никогда раньше вардийский герцог или монарх не награждали медалью муртианина, но сегодня я делаю именно это. Вы показали нам, что у храбрости нет национальности и нет границ. В знак признания вашего мужества, я награждаю вас Герцогским Крестом!

Последовал такой взрыв аплодисментов, что содрогнулись двери зала. Первым со своей скамьи вскочил канцлер Плом, за ним поднялся весь Совет Канцлеров, потом на ноги встали все, и приветственный крики, как прилив, взметнулись и прокатились по залу. Люди с «Кэтти Джей» не сумели сохранить спокойствие и засияли улыбками. Фрей хлопал до тех пор, пока не заболели ладони. К тому времени, когда они начали сходить с возвышения, он полностью вымотался.

— А тебе не хочется самому получить что-то в этом духе? — спросила Триника.

Фрей чуть приоткрыл рот:

— И что я буду делать с этой медалью? Откровенно говоря, я вообще потрясен, что наградили так много. После того, что случилось с эрлом Хенгаром, я имею в виду. Очень милосердно с его стороны, я бы сказал.

— Слишком много народа знает, что сделали твои парни, — сказала Самандра. — Он, вроде как, должен был. Но в том, что касается Хенгара, они выполняли приказы. Которые им отдавал ты. Но награждать тебя… для него это чересчур.

— Жаль, что не пустили Ашуа. Она бы хотела видеть, как награждают дока.