Лиза проснулась от того, что что-то теплое, греющее правый бок, пропало, а ей совсем не хотелось, чтобы оно исчезало. Она пошарила рукой по кровати, ничего не нашла и в волнении распахнула глаза.

— Я тебя разбудил?

Рональд тут же перестал одеваться и прильнул к кровати, сел перед ней на корточках и протянул к девушке руку. Лиза обхватила ее и залюбовалась — часть лица Рона скрывалась за одеялом, и она видела только взъерошенные волосы и глаза, с чертинками в зрачках. Бесподобные, так здорово было вот так проснуться и увидеть именно их. Чудесное утро. Солнечное. Настроение взлетело до небес, внутри распустились огромные цветы. Девушка подтянула Рона за руку, отодвинула одеяло, приподнялась на локтях и с упоением поцеловала его.

— Доброе утро, Солнце, — счастливая, Лиза откинулась на подушку. Рональд переместился на кровать и сел рядом.

— Доброе. Принести тебе чего-нибудь?

— Ах, нет, спасибо, Солнышко. То, что мне нужно, рядом сидит, — она переложила голову с подушки ему на колени, зажмурилась от удовольствия, потому что он пропустил пряди через пальцы; посмотрела на оголенный живот, хитро сощурилась и сделала вид, что хочет Рона укусить.

— Э-эй, ну что ты делаешь? — дрогнул он от щекотки, на всякий случай подавшись назад, и при этом так сильно сощурил глаза и так широко улыбнулся, что Лиза сама непроизвольно заулыбалась.

— Не знаю. Но мне нравится, — девушка схватила его за плечи, подтянулась, села верхом, сжала коленями, обхватила руками, обняла со всей силы, прикусила мочку уха. — Я тебя сейчас съем. Ты вкусный.

— Я же тогда умру. И что ты делать будешь? — шепотом поинтересовался Рональд.

— Обгладывать косточки и плакать, — грустно вздохнула Лиза, откинулась назад, посмотрела на смеющиеся напротив и сама звонко рассмеялась.

— Ну как же я тебя люблю, — рука Рона проскользнула девушке под затылок и прислонила голову к плечу. Шея покрылась поцелуями. — Походишь со мной? Пожалуйста. Я быстро Биззи подою, отведу на поляну, а потом налью тебе чай.

— Самый вкусный в мире?

— Ну конечно.

— Уже бегу.

Лиза встала с кровати, подошла к шкафу, не обращая внимания на вчерашнее платье, аккуратно повешенное на спинку кровати. Деловито распахнула дверцы, почему-то обрадовалась, увидев бардак. Взяла первую попавшуюся рубашку, надела.

— Ну вот, — протянула она, когда пуговицы в районе живота едва сошлись с петельками. — Так нечестно!

— Растет, — Рональд обнял ее со спины, положив ладони на живот.

— А я не хочу, чтобы он рос. Скоро стану неуклюжей, — вздохнула девушка. — А ты будешь помогать мне обуваться?

— Конечно, буду. Не расстраивайся. Вот, возьми эту, она большая, — Рональд извлек из кучи вещей другую рубашку и протянул Лизе.

Теперь пуговицы без проблем вошли в петельки.

А две минуты спустя Лиза сидела, накручивая прядь на палец, и смотрела, как белое молоко тугими струями с журчанием вливается в ведро, слушала, как Рон ей что-то говорит, смеялась, улыбалась, а мыслями витала далеко.

Ведь день прошел. Ярый пришел в себя. Настало время выяснить. Все. До остатка.

Она прошлась по поляне, посмотрела, как Биззи потянулась к сочной, мокрой от росы, траве. Вдохнула полной грудью свежий, прохладный воздух. Послушала шелест листвы. Ушла с Роном под руку в дом. Обернулась.

Тропинка вела вниз. В лес. Там он.

Быстро отвернулась, чтобы Рональд не заметил, на что именно она отвлеклась. Посмотрела, как Рон возится с плитой и ставит чайник, стараясь сильно не шуметь.

— Ваш чай, — галантно поставил перед Лизой чашку.

— Благодарю, — ответила учтиво и отхлебнула. — М-м-м, он правда лучший в мире! Но ты все равно вкуснее. Имей в виду.

Рональд зарделся и сел рядом. Часы в гостиной мерно отбили семь часов утра. На втором этаже раздались шаги, видимо, Грэгор тоже проснулся. Время неумолимо шло, и улыбка сползла с лица Лизы. Идти туда хотелось все сильнее. И, как бы хорошо не было сейчас здесь, девушка чувствовала, что должна находиться там.

— Рональд… — осторожно начала Лиза. Ей очень не хотелось расстраивать его.

— Что? — посерьезнел он тоже.

— Мне нужно пойти… туда. Сейчас.

Рон мигом переменился в лице и посуровел.

— Зачем? Лиза, не надо. Ты ведь можешь не ходить к нему, зачем ты каждый день туда ходишь? Он делает с тобой что-то страшное, ты каждый раз возвращаешься другая, а все равно продолжаешь туда ходить! Не надо. Не ходи. Лиза. Пожалуйста. Останься.

— Мне надо. Я выясню, чего он от меня добивается. Рональд, не отговаривай меня, пожалуйста, я же к тебе прислушиваюсь. Я просто узнаю, что ему нужно, и все. Не бойся за меня.

— Я пойду с тобой, — после долгой паузы вздохнул и сдался Рональд.

Когда Грэгор спустился и, зевая, зашел на кухню, то застал только две пустые чашки на столе и смятое, брошенное на спинку стула, полотенце.

Чесать задней лапой ухо было забавно. Брык, брык, брык — и по ушной раковине приятно заскользили когти. Правда, удержать равновесие на передних вытянутых лапках не получилось — лисичка повалилась на бок и от нечего делать прикусила кончик хвоста. После завертелась волчком, пытаясь ускользающий хвост поймать. Не поймала.