Я наблюдала, как он ласкал себя, и ощущала, как меня обдавало жаром, а трусики стали мокрыми. Он не торопился, просто поглаживал. Медленно, неторопливо и размеренно. Спустя несколько минут его бедра начали покачиваться вперед-назад, дыхание стало шумным, а кулак задвигался быстрее.

Он меня не видел; его глаза были закрыты, а желваки заходили, когда его кулак стал двигаться все быстрее и быстрее.

Затем он остановился, распахнул глаза, и, протянув руку, чтобы набрать немного лосьона, намазал его на член и снова стал медленно поглаживать, постепенно ускоряясь.

– Дрю... Боже, Дрю...

Мое сердце начинало колотиться каждый раз, когда он произносил мое имя, а внутренности плавились от желания, когда его большая рука скользила вверх и вниз по его огромному жесткому члену. Я представляла, как поглаживаю его рукой... Пожалуй, мне пришлось бы воспользоваться обеими руками и, возможно, немного ртом.

И тут он взглянул в зеркало и увидел меня.

– Увидела что-то хорошее?
– сказал он своим пронизывающим басом.

– Да, - услышала я собственный голос, - не останавливайся.

Он снова погладил свой член, но в этот раз не прервал наш зрительный контакт в зеркале.

– Зайди сюда.

Я приоткрыла дверь шире, чтобы проскользнуть внутрь, а затем закрыла ее за собой. Свободной рукой Себастиан отодвинул занавеску душа.

– Сядь.

Я, дрожа, сидела на краю ванны в нескольких дюймах от него. В дюймах от его напряженного члена, глазела и пыталась казаться более бесстрашной, чем была на самом деле.

– Почему ты здесь, Дрю?
– спросил он, не останавливая кулак, все еще медленно скользящий вдоль его члена.

– Я... я хочу забыть, Себастиан. Я просто... я просто хочу забыть. Как ты и говорил. На какое-то время почувствовать себя хорошо.

– А потом снова закатишь истерику?

– Вероятно, - пожала я плечами.

– Достаточно честно, - усмехнулся он и посмотрел вниз. Мы вместе наблюдали, как он онанировал.
– Нравится наблюдать?

– Я никогда этого не видела прежде. Не смотрела, как кто-то занимается подобным.

– Раньше никто не смотрел.

Я облизнула губы и перевела взгляд от его глаз на член.

– Продолжай.

Он так и сделал.

Его кулак скользил вверх и вниз медленно, неторопливо, из-за лосьона были слышны хлюпающие звуки при каждом движении, затем толчки стали быстрее, его челюсти сжались, а желваки каждый раз начинали ходить, когда он погружал член в движущийся кулак.

Я изнемогала.

Мои сложенные на коленях руки дернулись от желания прикоснуться к нему.

Его глаза мгновенно закрылись, а когда он их снова открыл, пригвоздили меня взглядом.

– Дотронься до меня, Дрю. Помоги мне кончить. Это ведь твоя вина, что я такой твердый.

Я потянулась, заколебавшись в миллиметре от его члена, а затем сомкнула руку вокруг достоинства. Боже, такой шелковистый, такой нежный и все еще каменно-твердый. Рука скользнула вверх к головке, а затем вниз по всей длине, мой кулак скользил плавно из-за лосьона. Обе наши руки были на его члене - его ниже моей, и мы ласкали его вместе все быстрее и быстрее.

– Черт... Дрю, так классно, когда твоя рука держит мой член.

– Он невероятен, Себастиан, - улыбнулась я ему.
– Видимо, той ночью я была права?

– Видимо, - проворчал он, начиная двигать бедрами.

Я заработала быстрее, и он убрал ладонь. Теперь на его плоти осталась только моя рука, другой я обхватила его зад и установила быстрый ритм движений на его пульсирующем члене. Сильнее, быстрее.

Боже, как долго он может продержаться?

Вместе с его дыханием слышались и низкие хрипы.

– Я собираюсь кончить, Дрю, - взглянул он на меня.

Его красивый пенис толкнулся в мой кулак, взгляд был прикован ко мне, а его пресс напрягся. Я восторженно смотрела, как моя маленькая бледная рука скользила вверх и вниз по его смуглой плоти, а потом он замер, бедра подались вперед.

– Черт... черт, я кончаю, Дрю. Смотри на меня, когда я кончу.

Я отклонилась от него, сжала ладонь под головкой его пениса и продолжила ласкать его. Он зарычал и толкнулся бедрами еще раз, а затем кончил, издав низкий рык. Его член пульсировал в моем кулаке, сперма выплескивалась из него мне на ладонь и, переливаясь, капала в туалет, но тут он застонал, толкнулся и кончил снова, наполняя и переполняя мою ладонь снова и снова, а я продолжала поглаживать его, пока он, наконец, не перестал рычать и кончать мне в руку.