– Нет-Нет-Нет, не смей останавливаться, - выдохнула она. Он начал отодвигать свою руку, но она успела схватить его за запястье, прежде чем он смог отстраниться полностью.
– Продолжай делать эту штуку с моей шеи. Это заставляет боль утихать.

– Тогда держись. Я собираюсь попробовать три пальца сейчас.

Она ахнула, когда растянулась еще, но в очередной раз он лизнул ее метку, посылая боль и удовольствие вместе кувыркаться через ее тело.
– О Боже.
– Ее руки сжались вокруг его запястья.
– Кончаю.

– Кончай, - пробормотал он, впиваясь клыками в ее кожу.

Хизер закричала, зажимая его руку, когда содрогнулась в экстазе, настолько жестоком, что у нее перед глазами все потемнело.

– Да, малышка, кончи для меня.
– Рука Барни все еще шевелилась, все еще трахала ее. Она могла слышать звуки его перемещения в и из нее, влажности и растянутости, это сводило девушку с ума. Его губы продолжали ласкать ее метку, растягивая удовольствие, он крепко сжал ее, почти доводя ее до изнеможения. Она задыхалась, когда она спустилась с высот, потея и все еще пульсируя.

– У меня никогда раньше не было такой чувствительной любовницы.
– Он поцеловал ее в щеку.

Ее когти вышли и он зашипел. Она по-прежнему держала его запястье, что означало, что должно быть, из раны просочилась кровь. Хорошо. Ее Лисе не нравится слышать о каких-либо других любовниц, кроме себя.

– Точно. Ты единственная для меня. Теперь отпусти мое запястье, детка, так что бы я смог трахнуть тебя должным образом.

Она сделала, как попросили, убирая когти из его плоти. Он поднял запястье и показала ей ущерб, но ей было все равно. Она облизала раны, которые сама же сделала. Он запомнит, не говорить что-то вроде этого ей снова.

– Дерьмо. Ты собственница маленькая лисичка, не так ли?
– Гордость в его голосе не остановило ее от зализывания его раны.
– Как ты хочешь это?

– Хочу чего?
– Она посмотрела на него снизу вверх, кровь была забыта.

– Трахаться, милая.
– Его брови поднялись.
– Есть больше чем один способ сделать это, так как ты предпочитаешь?

– Скажи, что ты любишь.
– Она поняла, что ей нравилось, когда он говорил с ней. Он взывал к ее воображению и заставлял желание быть гораздо сильнее.

Он куснул ее в подбородок.
– Миссионерская. На спине, я сверху, мой член внутри тебя.
– Он укусил ее за плечо.
– Песик. Ты на четвереньках, я позади тебя, член в тебе.
– Хизер вздрогнула, он продолжил описывать позиции.
– Ты на кровати, твоя задница в воздухе.

Она почувствовала, как его член толкается в ее киску и было чувство, что ей не придется долго решать, прежде чем он решит это за нее.

– Ты, сидя на мне, я касаюсь тебя везде.

Ой. Это.
– Я сверху.
– Она могла только представить его прикосновения к ее груди, пока они будут трахаться.

Он перевернулся, взяв ее с собой. Она умудрилась растянуться на нем, ее ноги по обе стороны от него. Его член был почти там, где она нуждалась в нем, но не совсем.
– Это твое шоу, милая. Сидя, лежа, в любом случае я могу трахнуть тебя, как тебе нравится.

Она приподнялась, оседлая его, как она делала раньше.
– Как?

Он улыбнулся. – Подними колени.

Она сделала, как он велел.

– Теперь возьми меня в свои руки и веди меня, куда хочешь. Если...
– он вздрогнул, когда она стиснула его.
– Если тебе неудобно, отодвинься назад.

Она маневрировала и шевелилась, пока не устроила его у ее входа. Она глубоко вздохнула…

– Медленно.
– Его руки приземлились на ее бедра, останавливая ее от погружения вниз.
– Не торопись.

Она почувствовала, как кончик скользит внутри нее, растягивая ее. На этот раз он не лизал ее метку, так что боль была жестокой. Она остановилась, давая себе время привыкнуть к давлению.

– Хорошая девочка. Я не сломаюсь. Делать то, что тебе нужно.

Она кивнула, закусив губу и двинулась еще чуть ниже. Она всхлипнула, нуждаясь в нем, чтобы он что-то сделал, чтобы боль ушла.

Пальцы Барни погладили по ее отметке. Снова и снова он ласкал ее, наблюдая за ней теми интенсивными карими глазами, его взгляд был приклеен к ее лицу, а не где они были соединены.

Хетер мило улыбнулась и резко села на него сверху вниз, задыхаясь от растяжения.

Барни застонал, но не от боли.
– Зачем ты это сделала?

Она могла чувствовать как ее клитор касался густых завитков у основания его члена. Любопытно, она вельнула бедрами.

Ох.

ОХ.

Мама мия.