* * *

— Не стоит беспокоиться, — настаивал СтилХувз, — Ничего не поделаешь. Я своё уже отскакал...

— Ерунда, — заржала Вельвет Ремеди, развеивая нездоровый пессимизм Стального Рейнжера. — Нам надо просто сейчас вынуть тебя из...

— Нет, — просипел низкий голос снова.

— Прошу прощения? — спросила удивлённая Вельвет. Она в течении нескольких минут изучила броню, и теперь выглядела все более обеспокоенно. — Даже если броня и защитила тебя от ожогов и порезов, ты получил сильный удар. Внутренние повреждения могут... — И с этими словами она обернула броню мягким магическим сиянием.

— Не снимайте мою броню.

Вельвет проныла:

— Ну хватит уже, только что с Каламити так же было. Я не смогу тебя лечить, если не смогу тебя видеть.

— Если вы снимите мою броню, я умру.

Я моргнула, глядя на него и раскрыв рот, рассматривая огромную вмятину, вошедшую в его бок. И хоть я и не обладала врачебной проницательностью Вельвет Ремеди, но могла догадаться, что его броня — это единственное, что ещё держало его вместе.

Вельвет отошла, отменяя заклинание.

— Видно, это недоработка дизайна.

— Броня предназначена, чтобы держать меня в живых, — сказал СтилХувз. — Откройте броню над моим левым боком.

Вельвет Ремеди так и сделала. Она открыла систему для применения лекарственных средств и лечебных зелий: всё от Бака до...

— Некоторые из этих препаратов я даже не знаю, — Вельвет сказала в удивлении.

— В броне есть медицинские чары. Если бы они работали, я бы уже был полностью исцелён.

Я всё ещё изучала систему впрыска наркотиков.

— Тут нет системы подачи Празд...

— Литлпип! — Вельвет Ремеди рявкнула на меня, заставив умолкнуть.

Испугавшись, я отступила назад. Я прогнала мысли о наркотиках и сосредоточилась на разрушенном заклинании матрицы брони СтилХувза. Если бы это был ПипБак, я бы могла легко...

— Погоди, — выпалила я, уже зная, что делать.

Вельвет глянула на меня.

— Лилпип... — шикнула она. Я не могла её винить. С моего последнего наблюдения прошло лишь около секунды. Она не осознавала быстроту моего нынешнего мышления. (Иначе она не отобрала бы так быстро мои Праздничные Минталки.)

— Нет, я знаю, как его починить! Я могу возобновить питание брони и перезагрузить матрицу заклинаний, — выпалила я. — Разработчик брони включил в неё и техномагическую технологию Стойл-тек. Так что всё это не так уж и отличается от починки ПипБака.

Выражение Вельвет смягчилось.

— Ну, тогда действуй. — Она улыбнулась, отойдя с моего пути, стараясь не приближаться к минному полю.

Я подбежала ближе и вдруг провалилась обратно в реальность. Осознание своей ошибки смешалось с тяжёлой депрессией из-за прекращения действия Минталок. Один момент — и я глупа, невежественна и тупа.

— Я... Я не могу, — застонала я.

— Но ты же сказала...

— У меня нет инструментов. — Хотелось заплакать. Стальной Рейнжер мог умереть, заключённым в свою броню из-за того, что я не была сертифицированным ПипБак-техником Стойл-Тек. Мой походный набор инструментов не включал в себя мастер-ключ матрицы заклинаний. И с неохотой, но пришлось всё это признать.

Вельвет Ремеди подошла ко мне, слегка покачиваясь, всё ещё слабая из-за потери крови. Она приобняла меня своим хвостом, зашептав утешительно мне на ухо.

— Мастер-ключ матрицы заклинаний? — Голос СтилХувза прозвучал скорее с надеждой, чем с отрешением. — Его можно найти в Стойле Двадцать Девять.

* * *

Мы шли в другое Стойло. Я содрогнулась при этой мысли. И это, я полагала, скорее из-за опасения, чем из-за физической слабости — раны мои Вельвет Ремеди уже вылечила.

Каламити прихромал ко мне.

— Помни, Литлпип, это не твоё Cтойло. — Я кивнула. Я всё ещё была во власти пост-ПрМ депрессии. Я знала, что я не в состоянии сделать это, но СтилХувз нуждался в помощи, и мы обязаны ему.

— Я передумал, — запротестовал Стальной Рейнджер. — Я не могу позволить вам идти в Стойло ради меня. — Его чувство надежды быстро сменилось упрямым благородством, которое я поняла и отринула. И я была не одна такая.

— Да? Ну что ж, идите сюда и остановите нас, — предложила Вельвет. Потом добавила: — Ах да, вы же не можете.

— Не умеете обращаться вы с больными, — заявил голос изнутри брони.

Я посмотрела на нас троих. Мы были не в состоянии путешествовать в неизвестную и, вероятно, враждебную территорию. Каждый из нас едва мог стоять.