С одной стороны, она должна будет жить с Джо Ковальски в течение четырнадцати дней. С другой стороны, ее карьера была практически впустую растрачена и она жила в какой-то дешевой вонючей квартире.

Потом ей пришла в голову мысль, если пижама не обязательна и для Джо тоже, то ей нужно найти выключатель для потолочных вентиляторов и включить их. Внезапно стало ужасно жарко. И она была не уверена, стоял ли Джо без пижамы в ее колонке «за» или «против», что очень плохо действует на ее дзен.

– Я перехватил толпу и развернул их, - Кевин вернулся, оставив ее сумки возле двери.
– Я бы сказал, что у вас есть максимум пятнадцать минут, прежде чем они нагрянут сюда снова.

Потом он ушел. Кэри сделала еще один бесполезный глубокий вдох и попыталась настроить себя на минуты / дни / недели вперед. Не сработало.

– Это так непрофессионально с твоей стороны, - обвинила она Джо, который устроил большое шоу, уплотняя свою подушку и проверяя его удобный на вид матрац.

– Правильно, потому, что ожидая, что я выставлю свою личную жизнь массам на показ из-за того, что у нас был секс двадцать лет назад, является воплощением профессионализма.

– Я бы не стала это делать, если бы у меня был выбор, но моя карьера для меня все, - Кэри подошла, чтобы проверить свой собственный матрац.Он был похож на кусок пенопласта на листе фанеры, уложенного поверх опор 2x4. Прекрасно.

– Нет, детка, твоя карьера и есть все для тебя. И мы собираемся напомнить тебе, что успех нельзя приравнять к имени в газете и последующим строкам, - он не улыбался, так что ей было интересно узнать, верил ли он на самом деле в чепуху, которую он нес.

– Таким образом, ты делаешь это для моего же блага? Для того чтобы спасти принцессу-пустышку из ее блестящей башни из слоновой кости?

– Как хороший принц с чистым сердцем, - вот теперь появились и ямочки, - я хочу увидеть, как принцесса, которая взбираясь вверх по лестнице цвета слоновой кости и растоптавшая все на своем пути, испачкает свои волосы.

– Значит, это всего лишь грандиозный план, чтобы меня унизить, - она встала, намереваясь добраться до своей машины.
– Ты, наверное, вообще не собирался отвечать на мои проклятые вопросы.

Далеко уйти, Кэри не удалось, Джо так ее развернул, что она, к счастью, оказалась спиной к изножью двухъярусной кровати. Когда он поставил одну ногу между ее и положил руки по обе стороны от ее головы, ее предательское тело сразу же узнало позицию “у шкафчика” и расслабилось. Она даже сжала руки в кулаки, еле сдерживаясь, чтобы не засунуть пальцы в передние карманы его джинсов.

Именно в таком положении они проводили каждую свободную минуту в школе - ее спина, упирающаяся в шкафчик и нависающий над ней Джо. Обязательно проходил какой-нибудь учитель и ругал их: «Дэниелс и Ковальски, я хочу видеть дневной свет между вами!»

Прямо сейчас между ними не было никакого дневного света. И не было никаких учителей проходящих мимо, хотя шансы, что его семья может войти в любой момент были достаточно высоки. Но она не знала, ужаснулись бы они или поощрили бы его.

–  Детка, я привез тебя сюда не для того, чтобы унизить.

Кэри хотелось, чтобы он прекратил ее так называть, но заставить его остановиться, не акцентируя внимание на том факте, что это ее беспокоит, она не могла.

–  Тогда почему я здесь? Ты мог бы прямо сказать нет, или же перенести интервью на две недели.

–  Но тогда у меня не было бы возможности провести время с тобой.

Как она не утонула в этих глазах в средней школе?

–  Джо, прошло почти двадцать лет, - было трудно сосредоточиться на словах, выходящих из его рта, когда он так на нее смотрел.

–  Точно. Ты была не просто моей девушкой, знаешь ли. Ты была моим лучшим другом, и я хочу наверстать упущенное. Опра бы сказала, что мне нужно расставить все точки.

–  Как будто ты смотришь Опру, - пальцы Кэри, теперь практически зудели от желания засунуть их ему в передние карманы так, что она сунула их в свои собственные.

–  Моя племянница смотрит, и я уверен, что если бы я спросил ее, она сказала бы тебе, что это именно то, что сказала бы Опра.

–  Я думаю, что тут лишь десять процентов состоит в том, чтобы расставить все точки, и девяносто процентов, чтобы отомстить.

–  Семьдесят на тридцать, - Джо усмехнулся.

–  Тридцать на семьдесят.

Он наклонился ближе, и Кэри не куда было отступать. Миллиард мыслей, казалось, пронеслись у нее в голове, но застряли только две. Собирался ли он поцеловать ее? И почему, после стольких лет и нескольких существенных, хотя и обреченных отношений, ее это волновало?