Они ехали по какой-то пригородной трассе, скорость кружила голову, а Ирка – разгоряченная, восторженная, с огромными глазищами, только кричала «Давай еще!!! Быстрее!! Давай!!»

То, что они остались живы, оказалось огромным чудом. Даже травм особенных не было. Их даже в больницу не взяли, когда на повороте машину занесло в кювет. Но вот сам автомобиль никакому восстановлению уже подлежать не мог. Руслан в суд не подал. Да и вообще – замял как-то все эти дела. Но долг, конечно же, простить не мог. А где взять деньги на этот долг? И поехало – каждый месяц Руслан стал напоминать о долгах. А потом и вовсе – стал просто угрожать. Лешка Руслана знал давно и понимал – тот просто так слов на ветер бросать не станет. Был один выход, кредит. Но, где тонко там и рвется. Фирма, где работал Лешка, разорилась. Но и это не самое страшное. Оказалось, что на складе большие недостачи. И, хоть и говорили, что начальство нагрелось на таком разорении, на Лешку повесили и эту недостачу. Надо было нанять адвокатов, но на какие шиши? В общей сложности у Лешки теперь долгов было под миллион. Баснословная сумма.

Долги. Кто не жил в долгах, то счастливый человек. Долги – это черви, которые жрут тебя изнутри, каждый час, каждую минуту. А если ты должен миллион, у тебя внутри не червь, а змея! Анаконда! И нет сил радоваться, удивляться, да просто спокойно жить! Звонки, которые пугают, витрины магазинов, которые бесят, телевизионные программы, после которых чувствуешь себя ничтожеством! Даже комп не отвлекает, потому что за интернет тоже платить. Платить-платить-платить…

Каждый день капали на мозги кредиторы. Лешка менял номера телефонов, но и это не помогало. Но, как показалось небожителям, и этого было мало. Ирка, такая родная и близкая, вдруг в этот вторник так, между прочим, сидя за ужином, сказала:

– Леш, ты…это… не сердись, конечно, но… короче… я выхожу замуж.

Лешка даже не понял сначала:

– Может, не сейчас? Немного с долгами разгребемся. И работу нормальную найду, тогда и распишемся, а?

Ирка вытаращила на него свои глазищи:

– Ты что? Ты не понимаешь? Я выхожу замуж! А ты-то причем?!

И она стала собираться. И все выговаривала ему и выговаривала. Какой он неудачник, никчемный, нерасторопный и вообще – дурак. Это ж надо было – взять у друга машину, чтобы раздербанить ее ко всем чертям!! Какого хрена вообще садиться за руль, если ездить не умеешь?!

А потом ушла. Лешка сидел и понимал – Ирка права. Нет, права у него есть, но чего машину-то разбивать. Хотя…Он же не специально. Но, ничего. Ирка перебесится и вернется. Сколько раз уже такое было.

И вот сегодня ему позвонила Юлька – Иркина подружка, и язвительно спросила:

– А ты чего – к Ирке на свадьбу не приглашен?

– Какую свадьбу? – ничего не понял Лешка.

– Здра-а-асстье! Самую обыкновенную! А что, Ирка тебе не говорила? – наслаждалась в трубку Юлька удивлением Лешки. – За ней уже жених приехал. Сайран его зовут. Он богатый. Знаешь, у нас два ларька на рынке стоят? Это его. Мерс возле ее подъезда видишь? Ну, раскрашенный такой, с медвежатами на капоте? Во-от, это он за Иркой! Я думала, ты зна-а-аешь… ну ладно, пока.

Лешка подбежал к окну. Да, мерс стоял. Ленты, букеты какие-то и… и да, медвежата. Белые.

Лешка не мог пошевелиться. Хотя, чего это он? Обычная свадьба в Иркином подъезде. У них там много девчонок живет. Татьяна, например… Нет, Татьяне уже сорок восемь лет, куда ей медвежата. Но… светленькая такая девчушка, из новеньких приезжих…

Сомнения развеялись, когда из подъезда вышла Ирка в белом облаке фаты, а за руку ее вел невысокий чернявенький парень.

Надо было выскочить, кричать, не пускать… Но ноги будто окаменели. Нет, не ноги, Лешка сам будто превратился в монумент. Он не чувствовал ни ног, ни рук. Стало тяжело дышать. Заломило в висках. Он рухнул на стул, а в голове заскакали мысли о том, как убить этого жениха … нет, Ирку. Как же она могла? Ведь до последнего дня… Нет, лучше себя. Умереть и все встанет на свои места. Ни долгов, ни обязанностей, ни боли…

– Ты меня не слышишь? – выдернул его из воспоминаний голос незнакомки.

– Слышу… – поморщился Лешка. – Ты же про это… про беду спрашивала. Про огонь еще… Короче, что сказать… Долги, потом опять долги, а потом любимая девушка, да считай, жена…так вот она вышла сегодня замуж. Не за меня.

– Я о другом спрашивала, но… Мне кажется, у тебя поправимая беда.

– Ой, вот не надо, а? – вскинулся Лешка. – Все я знаю! «Еще встретишь, долги отдашь, все будет тип-топ!» Слышал уже! Просто противно! Был друг, теперь нет друга – из-за денег. Была Ирка, нет Ирки – из-за денег! Везде деньги! Деньги! Деньги! С деньгами ты Бог! А без них…

– Если бы… – тяжело вздохнула незнакомка. – Если бы я с деньгами была Богом…

– Ага, еще скажи, что не все покупается за деньги! Не надо гнать, а? ладно долги, но вот у меня треки классные. Все слушают, головой качают, а без денег – сиди и не шурши, ясно?! Гасят все треки…

– А треки – это что?

– Это песни рэповские. Если б мне деньги, так я бы…

Лешкин пыл охладил телефонный звонок. Тот глянул на него и резко отбросил в сторону.

– Вот! Вот и еще… нуждающийся в деньгах! Друг… который раньше был. Машину я его грохнул, теперь долги просит. Убить грозится, представляешь? Говорит, специальных людей найму. Не, ну здорово, да? А чего? Ну и на фига жить в таком продажном мире?! Ждать, когда грохнут? Так ведь они ж не щедяще убивать-то будут, а с особым смаком!

– Ну да… Лучше б щедяще убили, конечно, – то ли ерничала, то ли всерьез ответила женщина. – Поправь мне воротник сзади. Задрался. Кстати, ты на моей дубленке сидишь, слезай.

Машина остановилась у большого серого здания. Здание оказалось детской больницей.

– Пойдем, – взяла его за руку женщина. – Кстати, меня Еленой зовут. Ну, чего стал? Испугался?

– Надеюсь, больница не психическая? – покосился на нее Лешка. – На всякий случай, предупреждаю, я вышел из детского возраста. Меня сюда лечить не возьмут.