На улице царил управляемый хаос. Народ стекался со всех концов и уровней города, занимая позиции на стене, по одному им ведомому распорядку. Все куда-то ломились. Кто на стрелковые позиции, кто на склад, кто наоборот лез на крыши старых домов. Похоже снайперы. Один я стоял как болван, не зная, куда себя пристроить. Ситуацию спасла Че. Пробегая мимо, девушка просто рванула меня за рукав куртки, увлекая за собой. Сопротивляться не стал.

Пара минут бега и мы на месте. Первая линия обороны. Черт! Да мы же за воротами! Она рехнулась? Однако народ все прибывал и прибывал. Как и виновники тревоги. Орда. Толпа кровожадных зомбарей пожаловала проверить на прочность городские стены. Видимо план обороны поселения подразумевает попытку остановить вал еще на подходе. Что ж, я не против. Хотя и не отказался бы отсидеться за крепкими железными стенами. Навоевался уже по самое «не хочу». Но тут все решили за меня. Ладно, постреляем на благо этого пристанища. Благо калитку за спиной оставили открытой. Пускать в расход под стенами такое количество опытных бойцов явно не входило в планы командования.

До колышущейся стены оживших мертвецов еще метров пятьсот пятьдесят - шестьсот. Далековато для меня. А вот некоторые индивидуумы с дальнобоем, уже вовсю пережигают боезапас. Над головой приглушенно хлопают не менее двух десятков стволов. Результаты таких комариных укусов не очевидны. Во всяком случае, никаких брешей в монолитной стене мертвого мяса не видно. А на нервишки здорово давит! Шалить начинают, того и гляди в разнос пойдут. Но нельзя! Стиснуть зубы и ждать команды. Если поддамся панике – уроню репу с городом в такой минус, что потом вовек не отмоюсь, хоть завали поселение подвигами в стиле Геракла.

Четыреста метров, владельцы семьдесят четверок и аналогов подключаются к веселью. Рано. Промазать по такой лавине, конечно, невозможно, но лучше бить наверняка, боезапас не бесконечный. Подождем еще чутка.

Триста – эффективная дальность автомата Калашникова укороченного, складного. Погнали! Слаженная работа такого количества стволов начала давать видимые результаты. Тем более что к оркестру подключились корды, утесы и прочие станковые монстры. Почему так поздно? А хрен его знает. Может стрелки добирались слишком долго. Может, как это обычно бывает, пулеметные точки небыли готовы к стрельбе. Оружие не обслужено, под ногами горы хлама, коробы с боепитанием пусты. В нашем бардаке возможно все и даже больше.

Стоим, пережигаем патроны. Плотность огня, как из гидранта. Тушим накатывающуюся линию «пожара». Ствол греется. Еще бы! Темп огня безумный. Меньше минуты столкновения, а я уже шестой магазин примыкаю. Нет, заявленная скорострельность позволяет и триста в минуту посылать. Но! Как всегда есть «но». Такие скорости возможны только при подавлении огнем и в таких ситуациях, как сейчас. То есть тогда, когда совершенно не нужно целиться, достаточно долбать по принципу «в ту сторону».

Восьмой магазин падает под ноги. Мимо на бешеной скорости пробегает щуплый пацан раскидывая бойцам связки набитых смертью рожков. Отлично! Ловлю свой десяток, срываю скрепляющий скотч. Да ты золотой ребенок! Магазины смотаны попарно. Кто не знал, это на порядок увеличивает скорость перезарядки, если приноровиться.

Думаю, мы даже не успеем отстрелять новые боезапас, придется отступать. Зомбаки уже сосем рядом, метров пятьдесят. Да, так и есть. Задние ряды начинают втягиваться в открытые ворота, а все остальные делают два шага назад. Никакой паники или суеты. Все четко и слаженно, ни на секунду не прекращая поливать свинцом наползающий вал разлагающейся плоти.

Поголовье атакующих сокращалось, но очень уж неохотно. Когда дошла наша очередь отходить под прикрытие стен, первая линия орды уже практически касалась нас своими протянутыми клешнями. А за ними колыхалось мертвое, пованивающее, море.

Как только последний из бойцов скрылся за стенами, ворота окончательно запечатали, заодно больно прищемив особенно шустрых, успевших сунуть свои лапы вслед за нами. Моя уверенность в успешном отражении атаки дала трещину.

Но сюрпризы защитников и не думали заканчиваться. Стоило входу запечататься, через стену полетели гранаты и бутылки с зажигательной смесью. Загудели укрытые в нишах огнеметы и рванули секторы управляемо минного контура. Поселение устроило знатное представление разом откусив треть лавины по ту сторону защитного периметра.

Началось испытание на стойкость и толщину резервов. Никогда бы не подумал, что простая стрельба в течение часа может так измотать. Разум понимает, что трупакам не пробраться внутрь, слишком высокие стены. Но нервы звенят от напряжения.

Если меня кто-нибудь попросит описать этот отрезок моей жизни, то в ответ получит набор ощущений, звуков и запахов, сваленных в один котел и кипящих там часа полтора – два. Рев зомби, удушающая вонь гниющей плоти и пороховой гари. Стрекот автоматического оружия, разрывы остатков гранат и чавканье раздираемой попаданиями плоти. Гул пламени вырывающегося из сопел огнеметов и пляшущего на серых телах мертвецов. И да, нужно еще добавить отборный мат защитников, прорывающийся сквозь плотно, до крошащейся эмали, сжатые зубы.

Минут через сорок противостояния, тип, занимающий позицию справа от меня, недоуменно уставился на свой автомат, выдающий лишь сущие щелчки. Кончились патроны. Бывает. Вот только я не ожидал того, что последует дальше. Мужик отшвырнул бесполезный ствол и, обнажив клинок, попытался сигануть через парапет. Слава Богу, дебила успели схватить за шкирку и втянуть обратно. Перегорел боец. Мозг отключился, одни инстинкты остались. Его сноровисто передали в тылы, мед бригаде.

На общую обороноспособность это событие никак не повлияло, но мне извилины прочистило знатно. Как представлю, что будет, если повторить сей подвиг – мороз по коже. Тем более что есть с чем сравнивать. Спасибо суке Моцарту и его больной фантазии.