— Ты тоже мне нужен, — заверила Софи. — Сильван, прошу. Пожалуйста.

— Как я уже сказал, я ни в чем не могу тебе отказать. Софи, — сказал он. Посмотрев ей в глаза, Сильван спросил: — Ты разрешаешь мне полностью войти в тебя? Чтобы наполнить тебя моим членом по самую рукоять?

— Да, — прошептала она. — Да, Сильван, именно этого я и хочу.

— Очень хорошо. — Снова сжав её бедра, он почти полностью вышел из неё и затем толкнулсяобратно.

Софи застонала от сильного удовольствия и широко раздвинула бедра, пытаясь быть достаточно открытой для его толщины.

— Боже, Сильван, да! — Обхватив его широкие плечи, она впивалась пальцами в его плоть, давя понять, как сильно желала его, насколько приятны ей его глубокие толчки.

— Люблю это ощущение тебя вокруг меня, — тихо прорычал он, снова вонзаясь, на этот раз ещё глубже. — Пробуя тебя в первый раз, я уже знал, что ты сможешь меня принять. Что ты будешь достаточно глубокой и влажной, чтобы я смог погрузить свой член в твоем сладком горячем влагалище по самый корень.

— Боже! — Софи понравилось, как он разговаривал с ней, пока трахал её. Его горячие, грязные слова возбуждали её почти также сильно же, как его толстый ствол, вколачивающийся в нее снова и снова. Часть Софи едва могла поверить, что она

делала это, открывая себя Сильвану, позволяя себе слиться с этой первобытной энергией. Но другая часть — часть, что была похоронена многие годы и только сейчас проявлялась, — упивалась своей чувственностью.

— Ещё, — умоляла она Сильвана, впиваясь ногтями глубже в его плечи. — Дай мне больше. Возьми меня сильнее.

— Не хочу тебя ранить, — возразил он, но она покачала головой.

— Всё хорошо. Ощущения… невероятны. Прошу…

С низким рыком Сильван удвоил свои усилия.

— Этого ты хочешь? — потребовал он, сильно толкаясь и погружаясь в Софи так глубоко, что достал головкой члена до её матки. — Хочешь почувствовать меня внутри себя, трахающим тебя, как я делаю тебя своей?

— Да… Боже, да, — почти рыдала она. Удовольствие почти достигло пика. Нужно лишь ещё немного…

Сильван, казалось, почувствовал её потребность, потому что скользнул рукой к местечку между бедер, где они соединялись. Софи всхлипнула и задрожала, когда широкой подушечкой большого пальца он помассировал её пульсирующий клитор. Жесткое знакомое прикосновение оказалось именно тем, что ей нужно, чтобы отправить за грань. С тихим вздохом Софи рухнула в пучину оргазма.

— Сильван… о боже, я не могу… я… я… — Она не могла связно вымолвить ни слова, но он, казалось, всё и так понял. Его хватка на её бедре усилилась, а клыки удлинились. — «Он хочет укусить меня, — подумала Софи, находясь в полубредовом состоянии от всепоглощающего удовольствия, затопившего её тело. — Не просто хочет, нуждается в этом. Но всё ещё сомневается». — Пожалуйста, — хрипло прошептала она, глядя в его глаза. — Пожалуйста, Сильван, сделай это. Я… я добровольно отдаю тебе свою кровь.

— Софи, я… — Он покачал головой, и в его глазах снова появилось выражение агонии. — Ты понятия не имеешь, как сильно я хочу, но не думаю…

Подавшись вперед, Софи укусила шею Сильвана так сильно, как только смогла.

По заверениям Нади, единственное, что точно заставит Блад-Киндреда укусить, это если укусить его первой. Вероятно, это очень эротично, и действительно, когда Софи вонзила белые зубки в его мускулистую шею, то её охватило первобытная сексуальная жажда.

«Я хочу тебя, — недвусмысленно говорил этот жест. — И если ты не возьмешь меня, то я сама возьму тебя».

Она почувствовала небольшую каплю крови на кончике языка, соленую и по-своему вкусную. А затем весь ад вырвался на свободу.

Сильван грубо оторвал её от своей шеи и уставился на нее. Софи потерялась в его пылающих глазах на долгое мгновение. Исчезла вся логика и разум, и зверь снова был там — тот самый, которого она видела, когда Сильван сражался с командиром Скраджей. Тот, что на нее зарычал, когда она пыталась оттащить его от добычи.

Она прикусила губу от подобного зрелища.

«Вот оно. То, что я получу».

Именно этого она добивалась. И если это единственный способ заполучить желаемое — получить его — тогда ладно…

С безумно колотящимся сердцем она взглянула в его полыхающие красным глаза и снова обнажила горло.

— Давай, — прошептала она тихим голосом, прижимаясь шеей к его рту. — Укуси меня, Сильван. Я предпочитаю твой укус, чем получить поцелуй от кого-то другого.

Сейчас назад пути не было. Она почувствовала обжигающее дыхание, когда Сильван открыл рот. Когда он прижался острыми кончиками клыков к пульсирующей венке, в ней снова всколыхнулись старые страхи.

«Меня пронзают иглами, меня держат медсестры, запах спирта, острый пронзительный удар… Нет!»