— Именно. Об этом не рассказывают в школах, не пишут в газетах, не дискутируют. Все что есть на эту тему — узкоспециализированные и занудные книги по энергетике души. Демоны, разумеется, в курсе. Так же, как в курсе целители любого профиля и люди, подписывающие рабские контракты. Но широкая общественность прекрасно живет без этой информации.

— Это делают специально?!

— Отчасти. Так проще, ниже социальная напряженность. И вам сейчас это на руку. Если ты и Аннабель выберете правильный круг общения, то у ваших новых друзей не возникнет ненужных вопросов.

— А здесь общения с другими демона избежать не получится, — Валиар кивнул. — Я понял. Ани, ты как? Уедешь со мной?

— Конечно!

Она даже не спросила куда, когда. И Рейгер вдруг позавидовал. Хонорис даже в лучшие времена не была и вполовину такой уступчивой и покорной.

С разрешением от Мастема ди Абеза досрочное расторжение контракта заняло меньше получаса. Ани входила в нотариальную контору чужой собственностью, а покидала ее уже свободной молодой женщиной.

Очень хорошо обеспеченной молодой женщиной.

У дверей, ведущих на улицу, они с Лиаром остановились, не сговариваясь. Демон стиснул ее в объятиях с таким отчаянием, словно боялся, что она исчезнет навсегда.

— Не хочу тебя отпускать, — с тоской прошептал он.

— Я тоже не хочу, — эхом откликнулась Ани.

Сейчас, когда между ними больше не стояла слабость и холодный ветер, забирающий радость, любовь, жизненные силы, ей в тысячу раз сильнее хотелось целовать его и таять в объятиях. Запереться в спальне, чтобы наверстать все, что они упустили за эти месяцы вынужденной осторожности.

Нельзя. Для всех вокруг Валиар ди Абез навсегда расстался со своей бывшей рабыней. Продал кофейню, покинул Лейтон, чтобы вернуться в родной особняк.

— Хочешь, я прилечу к тебе ночью? — прошептал демон ей на ухо.

— Хочу, но, — Ани грустно покачала головой. — Ты же сам понимаешь…

— Понимаю. Прощай.

— Прощай.

Поцелуй был горьким, словно они в самом деле прощались навсегда, и сердце кольнуло коротким предчувствием беды, но Ани не дала ему волю.

Она не имеет права раскисать, еще столько дел.

Сразу из офиса нотариуса Ани отправилась в агентство недвижимости. Несколько часов изучения каталогов, пара поездок, подписанный чек, и Аннабель Грейсон стала владелицей трехэтажного домика недалеко от Университета Изящных Искусств. Ровно такого, о каком всегда мечтала. С гостиной, кухней и столовой. На верхних этажах целых пять спален, а на просторном заднем дворе растут вишни и яблони. Ани тихонько вздохнула: весной они зацветут, но она этого не увидит.

На недвижимость ушло больше половины денег, полученных по рабскому контракту. Оставшиеся средства Ани положила на долгосрочный депозит под семь процентов годовых. А на следующий день отправилась в охранное агентство.

Владелец выслушал ее пожелания и кивнул.

— Сделаем в лучшем виде, мисс. Можете не сомневаться.

Несколько часов спустя на заводскую окраину вырулила колонна из трех “Циклопов” армейского образца. Машины затормозили напротив общежития, мгновенно собрав вокруг себя толпу любопытствующих работяг. Автомобили нечасто появлялись на этой улице, а уж таких — новехоньких, сверкающих и явно недешевых не могли припомнить даже старожилы.

Местные жители окружили “Циклопов”, возбужденно переговариваясь и глазея. А ну как получится зеркало тайком открутить? Или хотя бы шильдик с глазом, торчащий на капоте.

Энтузиазм иследователей несколько угас, когда из авто вылезли три мордоворота-тролля в форме охранного агентства. Пары мрачных гримас хватило, чтобы отогнать гуляк подальше. Толпа замерла в отдалении, возбужденно переговариваясь, пока взгляды местных жителей не скрестились на хрупкой светловолосой девушке, перед которой распахнул дверь авто один из троллей.

— Слышь, это же Ани.

— Кто?

— Ну, младшая из Грейсонов. Бароном меченная. Та, что под демоняку легла.

Кто-то протяжно присвистнул.

— Вот как ноги надо раздвигать. Учитесь, бабы.

Один из троллей повернулся к толпе и скорчил зверскую рожу.

— Р-р-разойдись, — рыкнул он, и местные жители невольно отпрянули в стороны.

Ани шла в окружении охраны, гордо подняв голову. Вслед летели шепотки и злые взгляды, но девушка шагала, мысленно отгородившись от всех ледяной стеной. Завистливые выкрики налетали на нее и разбивались, бессильные как-то уязвить. Ани знала, что за презрение и равнодушие на лице ее сейчас ненавидят еще больше, в тысячи раз больше.