Быстро избавившись от одеяния чародейки Синей Розы, Габриэлла – полностью нагая, сняла с шеи амулет – появившийся на ней словно из ниоткуда, будучи до этого невидимым. Отставив его от себя на вытянутой руке, она секунду подумала и отпустила цепочку. Крупный синий камень превратился в прах еще до того момента, как ударился в мрамор пола. Тряхнув волосами, словно отбрасывая раскаяние о принятом решении, чародейка подошла к Кайгородову.

– Оу! Вот это сиськи! – появился рядом с Кайгородовым вампир Павел. Его, после выпитой крови высокоранговой алой чародейки, все еще ощутимо пошатывало. Габриэлла не обратила на открывшего рот восхищенного вампира никакого внимания.

– Принимай меня в орден, как послушницу первого ранга, – подошла Габриэлла к Денису почти вплотную. Стараясь не смотреть на удивительно притягательные купола тяжелой груди, Денис открыл интерфейс.

– Властью, данной мне Капитулом Ордена, принимаю тебя – Габриэлла, в ряды Алой Розы, – положил длань на голову склонившийся не полупоклоне Габриэлла Денис.

Чародейка кивнула, прислушиваясь к себе. Чуть прикрыв глаза и опустив лицо, она потянулась к красно-золотому наряду Алой Розы, принесенному с собой.

Денис безотрывно глядел, как грациозно изогнувшись, Габриэлла надевает узкие штаны, пояс и куртку боевого мага Алого Ордена. В тот момент, когда грудь чародейки скрылась под туго стянувшей ее курткой, Габриэллой подняла взгляд – но посмотрела не на Кайгородова, а на Павла – который шагнул ближе, еще шире открыв от изумления рот, разглядывая аппетитные формы чародейки.

– П-простите, – выпрямился донельзя смущенный юный вампир, – от в-восхищения был несдержан…

Габриэлла не обратила на него внимания, будто бы прислушалась к себе, а после подняла руку. Ее кисть окутали красно-золотые всполохи огня – чуть полюбовавшись зрелищем, чародейка стряхнула жидкой пламя с кисти.

– Париж стоит мессы, – усмехнулась Габриэлла, встретив вопросительный и недоуменный взгляд Кайгородова. Глаза ее вдруг, небесно-голубые до этого – в моменты сотворения заклинаний, полыхнули оранжевыми всполохами пламени.

Достав из инвентаря один из двух впечатляющих трофейных амулетов, Габриэлла надела его на себя.

— Показывай выход, – посмотрела Габриэлла на отрекшуюся чародейку.

Калитка в воротах вдруг распахнулась и в наступившей тишине послышался громкий стук каблучков. И следом – негромкий тупой удар, когда стянутое змеиным хлыстом тело ударилось о порог, чуть подскочив.

Богиня, вихрем залетев в Собор, осмотрелась и побежала прямо к Денису – тело алой чародейки волочилось за ней следом. Защитники не успели сомкнуться – демонесса пролетела мимо воинов, даже их не заметив.

— Мой господин! Ты жив! — бросилась Богиня удивленному Кайгородову на шею. Стоило демонессе к нему прикоснуться, как он вновь почувствовал бешеную, затмевающее сознание волну желания. Горячие губы демонессы оказались совсем рядом, и он едва не утонул в безумном поцелуе – спасло лишь осознание, что у демонессы раздвоенный язык. Легкое, но выразительное покашливание Габриэллы помогло ему прийти в себя — невероятным усилием воли он отстранился от окутавшей его чарами демонессы. Но среди явных чар демонессы Денис ощущал искреннюю радость от того, что багиня-демонесса возродилась.

Грудь преданно глядящей на него Богини вздымалась в такт прерывистому дыханию, щеки налились румянцем, а карминовые губки приоткрылись.

– Ты зачем трупы за собой таскаешь? – поинтересовался Кайгородов у нее вполне обычным голосом — что стоило ему немалых усилий.

— Трупы? — вздрогнула, отвлекаясь и оглянулась демонесса. — Не-ет… — протянула она и помотала головой так, что пряди медных волос хлестнули ее по лицу.
– - Ты хочешь, чтобы это был труп, мой господин?

Богиня приподняла брошенную при поцелуе рукоять хлыста и неуловимо резким движением заставила пленную чародейку перевернуться на спину. Стянутая змеиными петлями волшебница безвольным кулем перевернулась на спину и широко распахнутыми от ужаса глазами всмотрелась в подступивших к ней Дениса, Габриэллу, Алисию и жрицу; на демонессу она старалась не смотреть. Когда рядом загремело железо и стальной гигант – бессловесный охранник Алисии, подошел ближе, плененная чародейка вздрогнула и попыталась что-то сказать. Одна из змеиных петель, перехлестывающая прямо через рот, натянулась сильнее – заставив пленницу застонать от боли.

Габриэлла выругалась по-немецки и, как заметил Кайгородов – бросила взгляд на кучку одежды поодаль – наряд Синей Розы, поверх которого лежал сгоревший, бесполезный уже амулет. Алисия, за которой горой вздымался страж, в забрале которого плясали языки пламени, не скрывала чувств – рассматривая лежащую чародейку со злой улыбкой.

– Молодец, – вдруг похвалила демонессу Габриэлла и обернулась к Алисии: – Ты готова к переменам?

Избранная – обреченная на роль девочки для биться чародейка выпрямилась, расправляя плечи, в глазах ее заплясали белые языки пламени, а хищная улыбка на лице стала еще шире.

– Великая Богиня, как долго я этого ждала!

Охранять дверь в собор осталось полтора десятка воинов и две жрицы. Еще пятнадцать воинов света, две жрицы и четыре чародейки последовали за Верховной жрицей и Алисией.

Пока спускались в подвал Собора, Габриэлла на бегу объяснила Кайгородову, что надев амулет Капитула, стала кандидатом – обладая теперь достаточным уровнем прав доступа. Для того, чтобы быть утвержденной в статусе члена Капитула Ордена, необходимо провести голосование в месте Силы Ордена – в главном зале совета.