Они шутили, болтали о всякой ерунде, горланили песни. И доверие, понимание без слов, близость, когда кажется, что мужчина рядом — твоя половинка, все то прекрасное, робкое, теплое, что родилось между ними на заснеженной базе, начало возвращаться. Волчица радовалась, что Чарльз не уступил ей, все-таки купил автомобиль. Ему определенно была нужна эта громыхающая штука, прячущая жутковатого пришельца из Врат под капотом, чтобы чувствовать себя уверенным, контролирующим свою жизнь.

Поездка все больше напоминала не погоню за последней надеждой, а веселое приключение. Ну кто бы мог подумать, что в путешествии на авто будет столько романтики? Ночи в небольших мотелях, неспешные завтраки в придорожных кафешках, замерзшее озеро, у которого Чарльз остановился, чтобы посмотреть поближе. Самого озера Кари не видела, но плетение магических векторов над ним показалось ей очень интересным.

Приближение к Маррейстоуну она почувствовала и без пояснений. Дар шамана пел в крови, подсказывая, что совсем рядом ее земля, земля ее предков. Место, где Кари будет не средненьким магом-недоучкой, а почти всесильной заклинательницей духов. Место, где даже Праматерь-Луна услышит ее голос.

И вот она в сердце багряных гор, долине Меокуэни, стоит над сложенным кострищем, вдыхает сернистый запах гейзеров. Ничего не изменилось за прошедшие годы. Все так же бурлили горячие источники до краев полные магии, распускаясь на высохшем от жара камне сотнями прекрасных цветов. Земля дрожала от скрытой в недрах силы.

Чем-то похоже на Врата, но по-другому, совсем по-другому. Здешняя магия была родной, своей, рожденной от плоти этого мира, без инфернального привкуса чуждых вселенных. Прирученной и покорной дару Кари.

Ритуальный костюм казался неудобным и нелепым, словно маскарадное одеяние. От него пахло дымом и травами, и запах этот бередил душу, будил чутко дремлющую волчицу. Кари охватила себя руками за плечи, унимая нервную дрожь.

А что, если не получится? Если Луна просто не откликнется на ее зов? Шаман умеет говорить с духами и даже приказывать им, когда находится на своей земле. Но Небесная волчица неподвластна никому из своих детей. Она может просто не явиться на зов. Или не услышать.

— Если она тебя где и услышит, то только здесь, — отозвалась тетка. — Не бойся. Страх рождает неуверенность, а шаман, который неуверен в том, что делает, обречен.

— Вы хотите сказать, что это опасно? — раздался хмурый голос Чарльза. — Кари может пострадать?

— Нет! — выпалила Кари, мысленно проклиная теткин слишком длинный язык. Еще не хватало, чтобы Чарльз отказался потому что боится за нее.

— Все в этом мире опасно, Маккензи. Смерть всегда за углом. Шаман помнит о ней, и ступает без страха.

“Ну вот — опять! — мысленно застонала Кари. — Тетка Ванда включила режим мудрого гуру, бр-р-р…”

— Тебе не пора уходить? — немного резче, чем следовало, спросила она.

— Пора, — она поцеловала племянницу в лоб и начертила на нем знак благословения. — Не бойся, Найраторики, Луна любит тебя.

— Погоди! — встревожился Чарльз. — Она что — уходит? И мы останемся тут одни?

Ну вот — внезапно еще одна проблема! Кари вздохнула, уже предчувствуя, что сейчас придется убеждать мужа, что это совершенно безопасно. Год на севере сделал его параноиком относительно безлюдных мистических мест.

— Так надо, Маккензи. Небесная волчица приходит к одиночке. Вы останетесь здесь на сутки.

— Мне это не нравится, — заявил оборотень. — А если что-то случится?

— Ну что может случится?! — сердито спросила Кари. Убеждать этого перестраховщика не было ни малейшего желания.

— Да что угодно! Нападут хищники или беглые каторжники.

— В Маррейстоуне нет каторжников, а звери обходят Меокуэни стороной. Мы разве что замерзнуть рискуем, но на этот случай есть запас еды, дров и теплой одежды.

— Все равно мне это не нравится, — Кари успела достаточно узнать Чарльза, чтобы понять, что сейчас он откажется участвовать. И никаких уговоры, никакие убеждения не помогут. Ее муж умел быть просто фантастически упрямым, хуже самой Кари.

— А если я оставлю тебе вот это? — с усмешкой спросила тетка Ванда.

— Ну…

Молчание, а потом одобрительный возглас. Да что они там делают, в конце-концов?!

— Они закляты, чтобы пробивать любые щиты.

— Да, впечатляет, — задумчиво согласился оборотень. — Но я не уверен, что даже с ними смогу защитить Кари.

— Не давай воли пустым страхам, волк Маккензи. Здесь нет угрозы, долину охраняют духи. Я дала тебе ножи только для твоего спокойствие.

— Ножи?! — не выдержала Кари.

— Метательные, — судя по звуку он подкинул один в воздух. — Отличный баланс.

Кари вздохнула. Мальчишка… Он же владеет боевой магией, а она куда опаснее ножа.

— Я ухожу, — объявила тетка. — Проси лучше, Найраторики, и Луна услышит тебя.

***

— Повышаю, — молодой беловолосый мужчина небрежным росчерком поставил подпись под суммой с пятью нулями на бланке и положил на стол к стопке других расписок. Потом переплел пальцы, сощурил алые глаза с кошачьими щелевидными зрачками и уставился на соперника. Лицо его выражало интерес энтомолога, заметившего любопытное насекомое, на губах гуляла снисходительная ухмылка.