– Я не расстанусь с тобой. Куда бы ни забросила тебя судьба, – напомнила Ишрак, подруга Изольды со времен детства.

– Этот расследователь ничего мне толком не сказал, – посетовал Фрейзе. – Только то, что ему необходимо встретиться с Лукой.

– Так сойдем вниз и сами все выясним, – предложила Ишрак.

– Но должны ли нас видеть? – засомневалась Изольда. – Возможно, Лука хотел бы умолчать о том, что мы странствуем вместе.

– Да об этом уже всякая собака знает, – беспечно махнул рукой Фрейзе. – С тех самых пор, как мы по просьбе милорда выдавали себя в Венеции за благородное семейство, всем и каждому известно, что Луку сопровождают знатная леди с подругой. Как только брат Иероним увидел меня, он тут же обратился ко мне по имени. Уверяю вас, молва разнесла по всему Риму рассказы о вас двоих и Луке, обо мне и нашем писаре, брате Пьетро. Ишрак права, надо выяснить, сможем ли остаться вместе. Давайте разведаем.

Когда благородная леди Изольда из Лукретили в сопровождении друзей величественно вошла в обеденную залу, Лука и брат Пьетро сидели за столом и беседовали с посланником.

– Вы позволите к вам присоединиться? – Изольда учтиво обратилась к Луке. – Нам не терпится узнать, каковы цель и место назначения вашей новой миссии и сможем ли мы и впредь путешествовать вместе.

Лука поспешно вскочил со стула, сияя теплой, ласковой улыбкой.

– Разумеется, – воскликнул он. – Прошу, ваша милость, садитесь – вот мой стул.

Он обернулся к посланнику Ордена:

– Это госпожа Изольда из Лукретили. Милорд рассказал, что мы путешествуем вместе?

– Он сказал, что у вас есть спутники, – ответил брат Иероним, поднимаясь и кланяясь, – однако я и не подозревал…

Он осекся и, ошеломленный, уставился на невероятно красивую девушку, излучавшую силу и уверенность; задержался взглядом на остроконечном головном уборе, возвышающемся на венцом уложенных вкруг головы тяжелых косах, на волшебном, последней моды платье иссиня-черного бархата, на рукавах с разрезами, выставляющими напоказ светло-бирюзовую нижнюю сорочку.

Из-за спины Изольды выглянула Ишрак.

– Моя подруга и спутница Ишрак.

Вестник милорда отшатнулся назад и осенил себя крестным знамением: никогда прежде не встречал он подобных юных дев. Он таращился на ее ореховую, идеально гладкую кожу, на темные, подведенные сурьмой глаза, на волосы цвета воронова крыла, на ярко-синий, почти фиолетовый платок, плотно закрывающий голову. Но больше всего его поразили туника наподобие той, которые носят арабские женщины, и широкие шаровары, стянутые ремешками на изящных щиколотках для удобства верховой езды.

– Неверная? – вскричал он и осуждающе взглянул на Луку. – Тебя сопровождает мусульманка?

– Ишрак – верный друг и незаменимый помощник, – начал защищать ее Лука, но Ишрак лишь рассмеялась в лицо приезжего, слегка обнажив великолепные белые зубы.

– Не бойся, расследователь, я не причиню тебе вреда. И креститься при виде меня вовсе необязательно. Я воспитывалась в доме христианина, великого лорда, участника крестовых походов, и теперь служу его дочери, леди из Лукретили.

Ишрак кивком указала на Изольду, которая, сверля обидчика вызывающим взглядом, шагнула вперед и встала плечом к плечу с подругой.

– С детства я живу среди христиан, но моя матушка была мусульманкой, и я горжусь, что во мне течет ее кровь.

– Даже если так… – пробормотал брат Иероним, все еще не оправившийся от потрясения.

– Мне довелось встречаться с милордом, и не могу сказать, что я от него в восторге, – продолжала юная арабка, ничуть не смущаясь тем, какое смятение ее дерзкие речи вызывают у посланника ордена. – Тебе довелось встретиться со мной, и, как понимаю, ты не в восторге от меня. Получается, мы квиты. Однако хочу тебе напомнить, что мой народ властвует над половиной христианского мира и не остановится, пока не овладеет оставшейся частью, так что на твоем месте я бы предпочла видеть во мне союзницу, а не врага. В качестве врагов мы, знаешь ли, довольно опасны. В любом случае я бы воздержалась от оскорблений.

– Успех оттоманов – великое бедствие, явное знамение конца света, – возмутился он. – Падение святого града Константинополя – трагедия, знак неминуемой гибели мира.

– Только для тебя, – бросила Ишрак. – С точки зрения оттоманов, все очень даже хорошо. Не то чтобы я их поддерживала. Но я уверена, что человек, посвящающий свою жизнь поискам истины, должен учитывать, что у любой медали всегда есть две стороны.

Повисла гробовая тишина. Лука и Изольда старательно избегали смотреть друг на друга, чтобы не расхохотаться – очень уж уморительно выглядел сбитый с толку, огорошенный расследователь.

Брат Пьетро, клирик, негромко кашлянул.

– Поначалу, когда две эти дамы присоединились к нам, я тоже чувствовал себя не в своей тарелке, – признался он. – Мы повстречали их после нашего первого расследования, в пути, и больше не расставались. Вообще-то я избегаю общества женщин, любых женщин, но с тех пор, как наши дороги пересеклись, даже я, монах, посвятивший жизнь свою Ордену и давший обет безбрачия, должен признать, что наши спутницы – девушки необыкновенные: они бесстрашны перед лицом опасности и незаменимы в нашей работе. Движимые личными мотивами, они направляются на восток, и, по приказу милорда, мы должны сопровождать их, пока судьба не разлучит нас. Когда это случится, мне будет очень грустно с ними прощаться. Возможно, нам суждено расстаться уже завтра?