Кэсс не двинулась с места, намеренно загораживая дверной проем. Гейджу пришлось буквально протискиваться мимо нее. То же самое он устроил, когда входил в кабинет Кэсс, и теперь она хотела показать, что раскусила его, отплатив той же монетой. С его губ чуть было не сорвался одобрительный смешок, но в последнюю секунду он сумел удержаться. Кэсс очень изменилась, она все больше интриговала Гейджа.

Внезапно он положил руки на талию Кэсс и притянул к себе. Ее тело было таким же теплым и гибким, каким он его запомнил. Он умирал от желания вынуть шпильки из тугого узла белокурых волос, чтобы шелковистые пряди рассыпались по ее плечам.

Он склонился к ней, едва не коснувшись губами ее уха. Короткий вздох, сорвавшийся с губ Кэсс, подействовал на Гейджа возбуждающе. Но вместо того, чтобы обнять Кэсс, он повернулся и вышел из ее кабинета.

– Передай привет девочкам, – пробормотал он.

Кэсс кивнула, ее лицо было бесстрастно. Гейдж пообещал себе, что уж при следующей встрече не откажет себе в удовольствии несколько подпортить образ неприступной снежной королевы.

Кэсс с облегчением выдохнула. Но руки у нее все еще дрожали, а сердце колотилось как бешеное.

Все прошло не совсем так, как она надеялась. Да, они с Гейджем теперь равны, но сознание этого никак не помогало ей держать свои чувства под контролем.

Впрочем, Гейдж ушел, и это можно считать маленькой победой.

И как только у него хватило наглости утверждать, будто Кэсс должна продать ему формулу только потому, что когда-то он дал ей несколько полезных советов. Да, она в долгу перед ним, но только понимает этот долг по-своему. Гейдж не имеет никакого отношения к успеху ее компании.

Он бросил ее, оставил с разбитым сердцем, но боль, которую она перенесла, как ни странно, помогла Кэсс выжить. Да, она многого добилась, но отнюдь не потому, что Гейдж был ее наставником.

Если бы они даже и решили продать формулу, то сделали бы это, руководствуясь здравым смыслом и деловой сметкой. Собственно, Кэсс так и сказала Гейджу. Вздохнув, она расправила плечи и направилась на заседание, которое должно было состояться в просторной, солнечной комнате в конце коридора.

Три другие женщины – первые лица компании – уже сидели за столом. Четыре человека, включая Кэсс, были движущей силой «Фюры». Название компании в переводе со шведского и означало «четыре». Алекс Меер занималась цифрами в качестве финансового директора. Доктор Харпер Ливингстон стряпала формулы в своей лаборатории. Она занимала пост директора по науке. Тринити Форестер, будучи директором по маркетингу, отвечала за спрос на продукцию. Кэсс держала в своих руках бразды правления.

Когда она переступила порог комнаты, три пары глаз, в которых застыл вопрос, обратились на нее.

– Он ушел. Давайте начнем.

Кэсс положила на стол телефон и планшет и опустилась на свое привычное место.

– Эй, не так быстро, – подала голос Тринити. – Мы терпеливо сидели здесь в ожидании пикантных подробностей, помнишь?

Ее верные подруги рассчитывали услышать рассказ о том, какие чувства в ней вызвала встреча с Гейджем. Чего ей хотелось больше всего – выгнать его за порог или забиться в угол и рыдать там? Что замышляет Гейдж и обсуждали ли они свою личную жизнь?

– Он хочет купить формулу-47. Предложил сто миллионов, – сообщила Кэсс. – Я сказала ему, что формула не продается. Вот и все.

Улыбка Харпер угасла, несколько мгновений она рассеянно накручивала на палец прядь светлых рыжеватых волос, стянутых в хвост. Этот жест означал, что она что-то напряженно обдумывает.

– Нет, это не все. Насколько велик урон? Он узнал о формуле из той статейки?

– Нет. – Кэсс не хотела выступать в роли гонца, принесшего дурные вести, но подруги должны все знать. – Он располагает довольно подробной информацией. Это означает, что утечка серьезнее, чем мы думали.

– Что такое? – встревожилась Тринити. Склонив темноволосую голову, она внимательно смотрела на Кэсс. – Он снова очаровал тебя?

Она познакомилась с Тринити еще в школе, их связывала многолетняя дружба, и теперь этой женщине хватило нескольких мгновений, чтобы раскрыть секрет Кэсс.

– Меня тревожит утечка информации. Вот и все. Забудь о Гейдже. Я уже забыла, – солгала она.

Тринити прищурилась, но, слава богу, промолчала. Гейдж появился удивительно не вовремя. Почему он ворвался в жизнь Кэсс именно сейчас, когда она стояла на пороге профессиональной катастрофы?

Алекс, похожая на сорванца в своих джинсах и футболке, как всегда вертела в пальцах свою любимую ручку, постукивая ею о блокнот, лежащий перед ней на столе.

– Сто миллионов – не шутка. Это предложение стоит обсудить, тебе так не кажется?

Харпер, Тринити и Кэсс, нахмурившись, уставились на Алекс. Та поежилась, но не стала отказываться от своих слов.

– Стоит обсудить? – Кэсс почувствовала, как сжалось сердце – лицо Алекс было серьезно. Как она могла так спокойно говорить о продаже формулы? Для Кэсс это было все равно что продать собственное дитя. – Ты с ума сошла?