После очередного нокдауна, мне надоел этот цирк. Я сел и смерил эльфийку взглядом.

— Вставай! Или ты так и будешь сидеть?

— В чём дело, Дзинсая?

— В чём дело? Дело в том, что ты слаб! Ты сам просил меня обучить тебя бою.

— Есть разница между обучением и избиением.

Я поднялся, снова посмотрел на эльфийку и понял, что больше тренироваться не хочу.

— И куда это ты собрался? Там, в подземельях есть твари потсрашнее меня, как ты с ними будешь сражаться? Тоже встанешь и уйдёшь, как последний слабак и трус?

Я медленно сжал кулаки и прикрыл глаза. Определённо в эльфийке что-то изменилось.

— Зачем? — спросил я. — Зачем ты это делаешь? Зачем тебе это надо?

— Ты должен быть сильным, — только и ответила она.

— Ранее ты так не считала и к тренировкам подходила иначе.

— Я кое-что увидела… Хотя, чего я объясняю? Хочешь быть слабым и жалким — пожалуйста.

«Но без меня», — так и просилось в конец её фразы.

Дзинсая развернулась и направилась к выходу, но я окликнул её. Зачем? Что я делаю?

— Стой. Давай так — до первой атаки, от которой я смогу защититься, — сказал я. Эльфа раздумывала несколько секунд, после чего мы приняли боевые стойки.

Вдох. Выдох. Концентрация предельная. Больше нет ничего — только я, она и небольшой пятачок тренировочного зала.

Мы начали кружить по залу, не сводя друг с друга глаз. Пару раз она дёргалась в мою сторону обманными движениями. Время замедлилось. Я вдруг отчётливо разглядел её лицо в мельчайших деталях. Красивое лицо. В глазах предельная концентрация. Если бы не внутренняя злоба…

Она слегка довернула стопу. Зачем это? Для лучшей опоры при последующем выпаде. А вот и он!

Всё осталось замедленным, поэтому я успел среагировать и сместиться в сторону, пропуская прямой выпад мечом мимо себя. В свою очередь мой кинжал ткнулся Дзинсае в бок. Её глаза расширились от удивления и тут же заметали молнии от боли. Время вернулось в обычный режим, она отскочила от меня, потирая бок, а я так и стоял, как пыльным мешком по башке ударенный.

Что это сейчас было такое? Игры восприятия? Или предельной концентрации? Раньше я просто отсекал всё лишнее и стороннее, что мешало. А теперь… И как мне это использовать самостоятельно?

— Как ты это сделал?

— Не знаю, — только и ответил я, поскольку больше мне сказать было нечего.

Только чуть позже всё разрешило новое системное сообщение:

В прохождении этажа наметилась система — мы проходим по одной ветке коридоров, истребляя всё, что хочет истребить нас (в данном случае, оборотней и различного рода нежить), ищем босса, потом испытание. Вот и в этот раз всё было примерно так же.

Узнав, с кем нам придётся сражаться, Тенрис извлёк из кармана банку, ту самую, которую он покупал ещё в самом начале пути, и нанёс странное масло на всё наше оружие. Это оказалось масло для борьбы с особо сильными тёмными тварями и нежитью. Оборотни подходили под обе эти категории.

Первых волколюдей мы уложили с некоторыми затруднениями, даже Алюэт пришлось подключиться. Но с маслом всё пошло веселее. Твари дохли от одного удара. Плюс, навык критов словно подсказывал, куда лучше всего было ударить, чтобы нанести максимальный урон. А с недавнего времени, ещё и когда.

В общем, первичную зачистку мы закончили возле двери «испытания силы». Сразу же в уме всплыли огры-гомосеки, дерущие в зад тех, кто не мог пройти испытание, но здесь всё оказалось проще. Это был силомер. Надо было просто ударить со всей своей силы по обитой чем-то мягким пластине и по тому, насколько та отклониться, и судили, прошёл кандидат испытание или нет.

За три дававшихся попытки я смог «выбить» 88 условных очков, а чтобы пройти испытание требовалось перевалить рубеж в 100. В общем, опять потратил время зря. Хотя, имей я какой-нибудь пронзающий удар или временное усиление…

В расстроенных чувствах я вместе с группой дошёл до конца и наткнулся на местного босса — рыцаря смерти. Он был немого похож на темностража — тяжёлая чёрная броня, алые светящиеся глаза в прорезях шлема, шипы. Вот только оружием ему служило нечто, напоминающее увеличенный в размере хопеш с длинной рукоятью.

Но не только в этом были отличия — у рыцаря смерти имелась аура подавления, аура страха и аура высасывания жизни, и все они работали одновременно. Плюс к тому, смертельный удар и возможность насылать проклятия разной степени тяжести делали его очень опасным противником.