Мама лишь смахнула невидимые слезинки и попыталась удалиться, поднеся носовой платок к лицу. Конечно, ей тоже было неприятно, но в эту минуту, я думаю, она просто не желала еще раз испытывать позор.

– Саша, – попытался дотронуться до моего плеча Миша, протягивая ладонь, но Влад оказался проворнее и резко притянул меня к себе, чем вызвал легкое недоумение, в том числе, и у меня.

– Катись отсюда, – сквозь зубы пробурчала я, не зная, как себя вести. Мысли в это мгновение полностью рассредоточились, и сконцентрироваться на объяснениях бывшего было затруднительно. Весь поток сознания был направлен в сторону Влада и его крепкого объятия. Глупая ситуация донельзя!

– А ты кто такой? – обратился Петров к блондину, буравя того взором.

Для несостоявшегося мужа все происходящее выглядело нелепо, с виду получалось так, что мы оба стоим друг друга. Пока он развлекался с моей подругой, я тоже время даром не теряла и, не успев обвинить Мишу в подлости, сама даю добро на прикосновения чужого мужчины.

– Я-то друг, а ты так понимаю, тот самый кобель! Девушка не желает с тобой говорить, так что возвращайся лучше к своей пассии.

– Саша, – завопил Мишка, выдергивая бутоньерку из петлички и растаптывая ее ногой, – какого дьявола происходит?

– Отвали – проскрипела я, не желая устраивать спектакли на потеху публике, которая и так уже стала собираться вокруг, напрочь забыв, что первоначально они пришли сюда по иной причине.

– Конечно, я же такой мерзкий, гадкий, а сама, сама… – пыхтел он, раздувая щеки, как хомяк. – Ты дрянь, спуталась не пойми с кем.

Влад не дал договорить Петрову, резко выбросил руку вперед и схватил того за ворот накрахмаленной рубашки, чем привел бывшего в еще большее бешенство. Мишка попытался дернуться, но Влад оказался сильнее и поэтому даже не подал виду. Лишь сжал плотно губы и, нагнувшись ближе к бывшему, прошипел:

– Ты настоящий идиот раз заставил девушку лить слезы в такой день. Надеюсь, что она забудет тебя, как страшный сон и только попробуй что-то еще сказать в ее адрес, уяснил?!

Отпустив Петрова, Влад развернулся и зашагал к автомобилю, бросив коротко, что будет ждать меня внутри. Я протяжно выдохнула, стирая испарину со лба, мечтая побыстрее перенестись отсюда в любую точку земли лишь бы не видеть никого.

– Значит подбираешь залежавшийся товар? – зло выплюнул Миша, уверена, что сделал он это нарочно, и вряд ли Колесников на самом деле так думал. Видимо, эмоции перехлестывали через край, но на тот момент бывший был предупрежден, и злить Влада и впрямь не стоило.

Моему новому другу потребовалось несколько секунд, чтобы развернуться и, замахнувшись, ударить Мишку кулаком в нос. Люди завизжали, будто случилось падение метеорита: женщины прикрыли ладонями глаза, а мужчины лишь поморщились. Кровь хлынула из носа, и бывший, вытирая ее рукавом, согнулся пополам.

– Я предупреждал, – отрезал Влад, добавив: – Бери свой паспорт и поехали.

– Куда? – развела я руками, почему-то зашептав. Слишком много событий для одного дня, и сейчас они крутились в голове, как детская карусель, заставляя меня теряться в пространстве.

– Для начала домой, а потом… куда ты собиралась?

– В Венецию, – чуть не плача, произнесла я.

– Вот и отлично, значит, отвезу тебя в аэропорт. Свадебное путешествие еще никто не отменял.

Я пустым взглядом наблюдала за людьми, которые суетились вокруг. Вечная спешка в аэропортах: одни боялись не успеть на регистрацию, другие переживали, а не много ли прихватили с собой багажа. Волнение на лицах, а еще ожидание чего-то нового, предвкушение путешествия, красок, эмоций. Внутри меня же была дыра, словно раскаленной кочергой кто-то безжалостно прожег душу, оставляя обугленную рану.

Обида царапала сердце чёрной кошкой, и почему-то плакать хотелось именно от нее, а не от того, что я осталась одна. В миг, когда спала пелена с глаз показалось, что внутри треснуло, да только сейчас, пусть еле-еле, но было понятно, что сердце все равно стучит. Оно не остановилось, не раскололось, и я вроде как жива-здорова, только плакать хочется, зарывшись в теплое одеяло. Горечь от предательства тоскливым дождем стучала по вискам, и если Мишка считал после инцидента с Владом, что я должна лить слезы, кусая локти, что потеряла его, то он ошибся.

Кстати, насчет последнего, на обратном пути до дома он вел себя прилично – не отвешивал плоские шуточки, не ерничал и, вообще, был кладезем мудрости и самоконтроля. Я даже удивилась немного, видимо, рассчитывая, что парень начнет подкалывать и пытаться делать намеки на продолжение нашего знакомства.

Вспомнив блондина, я тяжело вздохнула и прикрыла веки. Лететь никуда не хотелось, не то было настроение, да и что в этой Венеции я не видела. Кругом вода, громкие итальянцы, и тонны вкусной и вредной пищи, от которой только талия растет.