— Я… Думаю, я никогда не задумывалась об этом. Так никто никогда не делал.

На это Кассандра улыбнулась Жавьере.

— А все, что я делала до сих пор, соответствовало обычаям?

Жавьера начала смеяться.

— Нет, ни в коем случае, Дом Знаний ждет сюрприз.

— Да, ждет, — она подумала об Одрике, о том, что он сделал, а потом остановила себя. Об этом она подумает завтра. — Так что еще мне нужно знать о церемонии?

— Больше мне ничего не приходит на ум.

— Мы собираемся провести церемонию в саду.

— Это будет замечательно.

— На Земле жених бы стоял… с наставником, невеста идет к нему, обычно в сопровождении отца… — она должна была остановиться. Это застало ее врасплох, она не подумала об этом, ее отец… он не будет там, чтобы вести ее к алтарю. И Питер, и Синди тоже. Она встала и подошла к окну.

— Кассандра… — она подняла руку, показывая, что ей нужна минута. — Я собираюсь позвонить адмиралу, — Жавьера встала.

— Нет, — голос Кассандры был хриплым, но твердым. — На Кариниане тоже так делают? — она повернулась, чтобы посмотреть на Жавьеру.

— Нет. Ну, может быть, тысячу лет назад, но не сегодня. Женщина идет к своему предназначению сама, показывая, что она готова быть его женой.

— Тогда так и сделаем, — Кассандра снова села на свое место.

— Но Кассандра…

— Жавьера, здесь нет никого, кто проводил бы меня к алтарю, даже если бы я этого и хотела. Мы на Кариниане, мы сделаем это по-кариниански. Уильяму не нужно знать ничего другого.

— Если это то, чего ты хочешь, — Жавьера не была уверена.

— Да, и это подводит нас к тому, что будет сказано на церемонии.

— Король Джотэм проведет церемонию, он скажет тебе, что говорить. Ты просто повторяешь это.

— Я могу это сделать, — Кассандра сделала глубокий вдох и посмотрела на подругу. — Теперь расскажи мне о детях.

— Что? — Жавьера начала смеяться.

— Уильям, кажется, слишком обеспокоен моим зачатием. Почему?

— Потому что он тебя любит?

— Я знаю, что это так. Но что еще?

— Ну… Кассандра, я знаю, что ты не считаешь это проблемой, но ты довольно маленькая, — она видела, как ее глаза вспыхнули. — Для каринианской женщины, — быстро добавила Жавьера. — А адмирал довольно крупный даже для каринианца, это поднимает некоторые вопросы о том, что ты будешь вынашивать своего ребенка полный срок.

— Полный срок… что ты имеешь в виду под этим термином. Что такое полный срок на Кариниане?

— Девять лунных циклов.

— Лунные циклы?

— Ммм, прошло примерно два лунных цикла с тех пор, как Земля была разрушена.

— И все лунные циклы одинаковой длины?

— Отличаются на день или два.

— Итак, месяц, девять месяцев. Как и на Земле.

— Там также?

— Да, но с разговора с Викторией, я поняла, что может быть разница в размере при рождении. Амина была действительно крупной?

— Ровно десять фунтов. Она родилась рано. Я говорила тебе, что у меня были проблемы.

— Насколько рано?

— На один лунный цикл, — Жавьера нахмурилась, обдумывая ответ. — Я думала, что могу делать что угодно, а потом упала. Это было так глупо. Я торопилась, это был долгий день, я оступилась и упала. Я была на шестом цикле, у меня пошла кровь, — Жавьера сделала глубокий вдох. — Они держали меня у целителей в надежде, что я смогу выносить все девять циклов, но я смогла только восемь. У меня началось внутреннее кровотечение, были повреждения после падения, которые они не могли восстановить, пока я вынашивала Амину. После того, как я родила ее, там осталось много зарубцевавшейся ткани. Поэтому они думают, что для меня опасно забеременеть снова.

— Мне очень жаль, Жавьера, — ее подруга просто кивнула. — То есть она весила десять фунтов в восемь циклов. Сколько она должна была весить, если бы ты ходила все девять циклов?

— Ох, примерно одиннадцать или двенадцать.

— На самом деле?

— А как на Земле?

— Десять — это крупный ребенок.

— Действительно… — Жавьера смотрела на нее, и теперь она выглядела обеспокоена. — Кассандра…

— Но могут быть и больше, это зависит от родителей.

— Тебе нужно выяснить, насколько крупными были Лукас и Кайл. Это может дать тебе хоть какое-то представление.

— Думаю, что Салиш была несколько крупнее, чем я, так что это тоже следует учитывать.

— И все же, — Жавьера наблюдала за подругой.

Кассандра откинулась назад. Уильям имел веские причины беспокоиться, что каждая беременность имела свои риски, но, если честно, она не верила, что возникнут проблемы. Больше всего это был инстинкт, еще заверения Сабах, что ее сын будет сильным.

— Мы просто должны подождать и увидеть, что произойдет.

— Кассандра…

— Жавьера, я приму меры предосторожности, все продумаю, и ничто этого не изменит, — она взяла за руку свою подругу. — Это счастливый момент.