Девушка снова поднесла ладонь к черной морде и неуверенно раскрыла ее полностью, разложив по шерсти зверя, исцеляя его раны и успокаивая душу, льющимся по ее венам светом.

– Все хорошо маленький, все хорошо-зверь понемногу переставал скулить и вжиматься в решетки, не ощущая угрозы он все еще с перевязанными глазами стал обнюхивать объект своего интереса и, не учуяв угрозы, расправился в клетке во весь свой уже почти полутораметровый рост. Наконец-то цепи на морде захрустели и, натужно высвобождая звенья, осыпались на пол. Аида медленно стянула тряпку с морды зверя уже заранее зная, что глаза его горят огнем, но ошарашенно уставилась на него, когда увидела перед собой взгляд двух ярко-синих глаз. Словно вечернее небо со звездами смотрели на нее два широко распахнутых ока слуги.

– Ты необычный-ласково улыбнулась Аида, почуяв как зверь напрягся от ее изменившегося настроения.

– Чуешь меня да?
– она шагнула к нему и прижалась к большой черной морде своим лбом.
– Мы с тобой одинаковые

Зверь недовольно фыркнул, но с места не двинулся.

– Насколько я знаю броня у вас на третьей неделе жизни появляется. У тебя она есть?

Зверь отрицательно мотнул головой.

Аида зарылась в увиденный от него воспоминания и поняла, что этому щенку как максимум неделя и устало покачала головой.

– Тогда вдвоем в этой клетке и поплывем, плыть еще пару недель, думаю ты как раз успеешь обрасти, чтобы уйти от них живым.

Зверь медленно улегся по собачьи, положив массивную морду на скрещенные лапы, из которых уже начали показываться береллизовые когти необычного синего цвета, а вот клыков почему-то не было видно.

Аида аккуратно присела рядом и прижалась спиной к теплому вздымающемся тихим дыханием боку зверя. Тот заворчал. Чувство настороженности, сменившееся на усталость, пронеслись в ее голове и исчезли.

– Устал?
– она повернулась в сторону морды лежавшего слуги и улыбнулась.
– Отдыхай.

А вот ей отдохнуть не удалось, прислушиваясь к каждому шороху и скрипу Аида с опаской и злостью ожидала, когда же наконец явится эта тварь, что зовет себя капитаном. Однако он все не шел и постепенно сон сморил уставшую девушку унеся ее в другой мир, где она в чужом наряде в чужой стране была невероятно счастлива и спокойна, он улыбался ей. Кто-то улыбался ей, и дарил своей улыбкой безграничную радость и любовь.

– Вставай!

Поток ледяной соленой воды быстро вернул Аиду в реальность.

– Ааа -вмиг она вскочила на ноги, зверь позади нее тоже стал подниматься на лапы, грозно рыча и оскаливая зубастую пасть.

– Живая-зло зашипел этот гадкий человечишка.
– Да еще и псину приручила! Ведьма!
– заорал он.
– Я так и знал! Поганая ведьма!

Аида быстро соображала, ситуация не дарила никаких плюсов. Пока на щенке нет брони он совершенно уязвим, она не обладает никаким боевым даром, кроме как двух шэнбяо за поясом, но это сложно назвать плюсом. Возможно, их довезут так не открывая клетки. И вправду клетку открывать никто не хотел, и через секунду стало понятно почему:

– Сжечь их!
– завизжал капитан своим прокуренным и пропитанным голосищем.

Аида с тоской посмотрела на слугу и ее лавиной накрыло чужими чувствами, страх, злость, ненависть к людям и жуткий ужас осознания собственной беспомощности, сменяющийся неуправляемым гневом и желанием умереть достойно.

Наконец она приняла решение. Глупое, опасное, но единственное возможное в этой ситуации.

– Ложись!
– скомандовала она зверю.
– Я буду твоим исцелением, а ты моей силой!

Взглянув в его лазурные очи, девушка замерла, ужас и надежда таились в этих детских щенячьих глазах, которые люди с рождения обрекали страдать и бояться. Разве мало этого чтобы потом ненавидеть их всех. Возможно, не демон делал их такими жестокими, возможно сами люди воспитали в них ненависть и гнев к себе.

– Я не брошу тебя-в мыслях прошептала Аида, уверенная, что пес ее понимает.

Тот лег, и уже с наездником за загривком выпрямился во весь свой благородный двухметровый рост, клетка была впритык и в принципе крути не крути, а не доплыли бы они в ней до земель Старых Богов.

Аида сосредоточилась, зачерпнула извне силы и золотым потоком, пропустив ее через собственные вены, окутала словно теплым пледом себя и щенка, медленно погладила по загривку, пригнулась, полностью скрываясь за ним и шепнула:

– Давай!

Один взмах когтистой лапы и решетки клетки разлетелись подобно щепкам. Щенок жалобно взвыл, пусть и береллиз, но когти еще не окрепли и лапа его теперь кровила, причиняя боль и мешая бежать. Однако пес несся, сталкивая собственными габаритами всех вокруг, бежал на верхнюю палубу, желая вдохнуть свежего воздуха. А Аида тем временем, закрыв глаза, тянула через себя золотые нити исцеления к истерзанной лапе зверя. Буквально врезавшись в дверь и тем самым разнеся ее в клочья, одним прыжком они оказались на верхней палубе под оранжевым небом и розовым рассветом. Пес жадно втянул воздух в легкие. Он уже почуял что лапа цела и это придало ему смелости. Наездник не подводит, обещанное выполняет. А значит и он должен.