Шрифт:
– Я победил? Я победил?
Местак был задумчив, его облако напоминало яркую сферу в гиперпространстве.
– Я еще не сделал всех необходимых расчетов.
– Так давай, не тяни. Результат не изменится, сколько ни считай. Ox, приятно все-таки снова оказаться в чистой энергии. Конечно, я находился в телесной оболочке всего микроцикл, но эта оболочка была такой старой, почти негодной. Зато я тебе доказал, что был прав, так что стоило и помучиться немного!
– Ну хорошо, я готов признать, что ты предотвратил ядерную войну на этой планете, - согласился Местак.
– Разве это не эффект класса А?
– Это эффект класса А. Я и не спорю.
– Отлично. А теперь тебе придется согласиться, что мне удалось получить эффект класса А при помощи стимула класса Р. Я изменил одну букву всего в одной фамилии.
– Что?
– А, да ладно. Вот оно все здесь, перед тобой. Посмотри, я сделал это специально для тебя.
– Сдаюсь, - неохотно сказал Местак.
– Стимул класса Р.
– Значит, я победил. Ну же, признай!
– Как только Наблюдателю об этом станет известно, нам обоим не поздоровится.
Хэраунд, который изображал старого нумеролога на Земле и еще не очень пришел в себя от облегчения, что перестал им быть, сказал:
– Когда ты заключал со мной пари, тебя это не очень беспокоило.
– Ну, я был уверен, что ты не настолько глуп, чтобы заниматься подобными вещами.
– Фу, кончай расходовать энергию попусту! Кроме того, чего беспокоиться? Наблюдатель в жизни не заметит стимул класса Р.
– Может, и не заметит, зато он обязательно обратит внимание на эффект класса А. Эти телесные будут тут и через дюжину микроциклов. Наблюдатель обязательно обратит на них внимание.
– Проблема заключается в том, Местак, что ты не хочешь платить. Вот и придумываешь всякие причины.
– Да заплачу я тебе! Вот посмотришь, что будет, когда Наблюдатель узнает, что мы с тобой взялись за проблему, решать которую нам никто не поручал, да еще и внесли недозволенное изменение. Конечно, если бы мы...
– Он замолчал.
– Ладно, - сказал Хэраунд, - вернем все обратно. Он ничего и не узнает.
Энергетическое облако Местака засветилось ярче, в нем появился плутоватый блеск.
– Тебе понадобится другой стимул класса Р, если ты хочешь, чтобы он ничего не заметил.
– Ну и что, с этим я справлюсь без особых проблем, - не совсем уверенно проговорил Хэраунд.
– Сомневаюсь.
– А вот и справлюсь.
– Давай заключим пари?
– В сиянии Местака появилось ликование.
– Почему бы и нет?
– Хэраунда раззадорил спор.
– Я сделаю так, что эти телесные окажутся ровно там, где были, а Наблюдатель ничего и не заподозрит.
– В таком случае, - Местак решил воспользоваться своей победой по максимуму, - давай забудем о первом пари. Утроим ставку за второе.
Возбуждение охватило Хэраунда.
– Отлично, согласен. Ставка утроена.
– Значит, договорились?
– Договорились.
Уродливый мальчуган
Как всегда, прежде чем открыть тщательно запертую дверь, Эдит Феллоуз сперва оправила свою униформу и только потом переступила ту невидимую черту, что отделяла реальный мир от несуществующего. При ней были ее записная книжка и авторучка, хотя с некоторых пор она больше не вела дневник и делала записи лишь от случая к случаю, когда без этого нельзя было обойтись.
На этот раз она несла с собой чемодан.
— Это игры для мальчиков, — улыбнувшись, сказала она охраннику, который давным-давно уже перестал задавать ей какие бы то ни было вопросы и только махнул рукой, пропуская ее.
И как всегда, уродливый мальчуган сразу же почувствовал ее присутствие и с плачем бросился ей навстречу.
— Мисс Феллоуз, мисс Феллоуз, — бормотал он, произнося слова мягко и не очень внятно — он единственный обладал такой дикцией.
— Что случилось, Тимми? — спросила она, проводя рукой по его бесформенной головке, поросшей густыми коричневыми волосами.
— Джерри будет приходить играть со мной? Мне ужасно совестно, что так получилось.
— Забудь об этом, Тимми. Вот почему ты плачешь, да?
Он отвернулся.
— Не совсем, мисс Феллоуз. Понимаете, я снова видел сон.
— Тот самый? — Мисс Феллоуз стиснула зубы.
Ну разумеется, сегодняшняя история с Джерри не могла не вызвать у мальчика то старое сновидение.
Он кивнул, пытаясь улыбнуться, и его широко растянувшиеся, выпяченные вперед губы обнажили слишком большие зубы.