– Такое не забывается, – смущенно заметил Нивос Родеф, и его глаза подернулись поволокой.

– А со мной это произошло впервые в жизни, – признался неискушенный слепой Гомер. – Вот бы еще хотя бы разок повторить такой вечер и пережить подобное.

– Мы это можем устроить у тебя на квартире, – предложил Грек-философ. – У себя я этого проделать не могу, так как, вы знаете, женат. А к Нивосу частенько забегает его невеста. Его квартира тоже не очень удобна, если она застукает нас за этим делом.

– Я согласен, – не раздумывая, ответил слепой. – А когда ты ее пригласишь и как?

– Просто, пошлю ей открытку по адресу моей покойной матери, а день ты выберешь сам.

– Здорово! – воскликнул слепой. – Давайте пригласим ее в среду на вечер.

– Чтобы она потом у тебя осталась на ночь? – вдруг резко спросил его Александр.

– Я бы не возражал, – признался слепой.

– Нет уж, дорогой друг, – заявил раздраженно Грек-философ. – Это моя гостья, я ей предоставил квартиру бесплатно на очень длительное время, поэтому имею на нее прав больше, чем все вы.

– Это как сказать, – вмешался в разговор Нивос Родеф. – Госпожа Бюстмарк не вещь, чтобы ее делить между собой. Мы все имеем равные права на нее после того, что случилось. Кого она из нас изберет, тот и станет ее любовником.

– Но у тебя уже есть невеста, – возмутился Грек-философ.

– А у тебя – жена, – парировал Нивос Родеф.

– Но у меня никого нет, не забывайте об этом, – воскликнул обиженно слепой.

– Право же, мы все посходили с ума, – заметил Грек-философ. – Не хватало, чтобы все мы перессорились между собой из-за нее. Это надо же такое, делим шкуру неубитого медведя. Может быть, второго раза-то не будет. Она же сказала вам ясным языком, что решила поблагодарить меня за предоставление квартиры, это как плата за проживание. И к вам это никакого отношения не имеет.

– Но я слышал, что она решила отблагодарить всех нас, – возразил слепой, у которого помимо хорошего слуха была еще хорошая память.

– К тому же, – поддержал его Нивос Родеф, – она пообещала тебе хорошо заплатить за весь год. Это мы тоже хорошо слышали.

– Но я ведь отказался от денег.

– Ясное дело, ты, наверное, решил брать натурой. Ведь так, признайся нам?

– Но это уж мое дело, – заявил Грек-философ.

– Позволь, – воскликнул раздраженно слепой. – После того, что произошло с нами, это уже наше общее дело. И мы должны решить сейчас, что будем делать, я согласен платить тебе за квартиру.

– И я тоже, – поддержал его Нивос Родеф.

– Дураки! – воскликнул возбужденно Грек-философ. – Значит, я уже не хозяин своей квартиры.

– Ты, конечно, ее хозяин, – возразил ему слепой, – но та, кто живет в ней, принадлежит не тебе.

– Может быть, она принадлежит вам? – в запальчивости воскликнул Александр.

– Она принадлежит нам всем, – единодушно заявили слепой и Нивос.

– Может быть, вам и ключи от моей квартиры отдать? – Выходя из себя, воскликнул Грек-философ. – Чтобы я к ней тайком от вас не начал ездить?

– Это хорошая мысль, – поддержал его Нивос. – Я считаю, что до выяснения всех обстоятельств, ключ должен храниться у нашего друга Гомера.

– Я не возражаю, – тут же воскликнул слепой, хватаясь за это предложение, как утопающий за соломинку. – Так будет справедливо.

– Да как вы смеете?! – воскликнул, выходя из себя, Александр. – О чем вы говорите? Я, хозяин этой квартиры, должен отдать вам ключи?! Да никогда в жизни.

– Держи ему руки! – крикнул Нивос слепому и навалился на Грека-философа всем своим телом.

Слепой со своей стороны, как кобра, сгреб того в охапку, обхватив руками туловище, сцепил пальцы в замок – тот даже не пикнул.

– Ребята, неужели вы будете меня обыскивать, – жалобно заскулил Грек-философ в то время, как Нивос ловкими движениями шарил по его карманам.

Наконец злополучный ключ был извлечен из кармана поверженного, после чего тот освободился от цепких объятий друзей.

Нивос, передавая ключ слепому, заявил:

– С настоящего времени мы можем посещать эту квартиру только втроем. Надеюсь, со своих товарищей ты не будешь брать деньги. Мне как-то сразу стало подозрительно, когда он предложил послать ей открытку с приглашением к тебе, Гомер. Голову даю на отсечение, что завтра же после занятий в академии он оказался бы уже у нее дома.

– На своей квартире! – воскликнул возбужденный Грек-философ. – Не забывайте.

– Пока живет там эта девушка, квартира не твоя, – отрезал Нивос. – Она сдана в наем.

– Кретины недоделанные, – взорвался Грек-философ, – да что вы себе позволяете? Как вы можете забирать мой ключ?! Это – проявление элементарного неуважения к частной собственности. Впрочем, я этому не удивляюсь. Я всегда полагал, что вы оба ненормальные, и считаете, что вам все позволено: один в силу своей чокнутой идеи становления богом; другой, считающий себя суперменом из-за своего нигилизма и верящий во вседозволенность.