Ускорить шаг. Ускорить. Насчет резни я не шутил – деревня голосила. С каждого четвертого двора доносилось бабье причитание, кое-где у ворот стояли мужики с понуро опущенными головами. Покачивались на лавках безутешные старушки.

Ускорить шаг.

Где изба Алишаны?

Вот развороченный поваленный сад, где в прошлый раз гремел праздник, а староста сватал мне поиски чудесного зверя единоглаза – которого я до этого прикончил. Вот тут кукурузное поле, где я прятался в засаде, выискивая парня приметившего мой наруч.

Спросив серого от усталости парня тащащего кусок забора, вышел на цель. От внимания не укрылся брошенный на меня странный взгляд. И это заставило перейти на бег. Переулок. Свернуть налево. Вместо ворот лишь щепа, пострадал и забор рядом. Словно во двор вкатилась ожившая дробилка, перемалывая все на своем пути.

Войдя в дыру, остановился как вкопанный.

Вместо дома пожарище. Залитое водой черное пятно. Торчит остов печи. Видны какие-то покрытые мокрым пеплом горшки. И полусгоревший черный остов детской кроватки…

– Господи – вырвалось у меня.

Выглядит жутко. Неужели…

– Ых… – вырвалось у меня следующее слово.

Вырвалось против воли. И в полете. Мелькала мимо местность, ноги в элегантных сапогах и серый шарф мотались на ветру. На пару мгновений почувствовал себя сорванным листочком. Полет длился недолго. И кончился в переулке, где меня впечатало спиной в затрещавший забор. Глянув перед собой, я увидел знакомые глаза в прорези тканевой черной маски.

– Привет, Алишана – улыбнулся я – Как ты?

– Росгард… – меня отпустили и я с трудом устоял и не шмякнулся в подернутую черным налетом лужу – Ты жив.

– Да. Мы бессмертны – напомнил я.

– Вот истинное счастье. Жаль, что это не так для моего мужа и ребенка…

– Господи – охнул я с искренним сожалением – Они…

– Минувшей ночью – рука в черной перчатке стянула маску, и я увидел знакомое прекрасное лицо преисполненное глубокой печалью – Минувшей ночью я потеряла все. Алишана стала сиротой.

Я молчал, не в силах отыскать слов. Настроение рухнуло в глубокую пропасть. Проклятье… если бы я прибыл сюда еще ночью, когда мы поговорили с Орбитом и узнали последние новости…

– Мне осталось одно – броситься в жаркую битву и погибнуть – продолжила девушка, сердито утирая щеку, где предательски блеснула слеза – Прощай, Росгард.

– Стой! – поднял я руку – Стой! Слушай, Алишан… я никогда и никому не говорил прежде таких слов, но тебе скажу.

Вопросительный взгляд. Поняв намек, я продолжил, стараясь вложить в голос как можно больше уверенности:

– У меня есть предложение, от которого ты не сможешь отказаться!

– Предложение? Росгард… ты веришь, что что-то может удержать меня на этой земле?

– На этой? Нет. Не может. Да и не надо. Алишана… в скором времени мы отправляемся в Аньгору – Город Мертвых. Туда, где прямо сейчас находятся старик Джогли, твой муж и твой ребенок. Не хочешь отправиться с нами?

– Аньгора закрыта! – девушка приблизилась вплотную, дохнула в лицо пряным цветочным ароматом и едкой гарью пожарищ – Закрыта навеки и ото всех! Уж я-то знаю! Не шути со мной, Росгард!

Скрежетнула сталь.

– С нами Аньрулл.

Эти слова выскользнули из меня сами собой. Я не планировал признаваться в этом. Не собирался выдавать такую информацию. Но слова прозвучали. И возымели действие. Алишана застыла, сверля меня взглядом. И сразу стало ясно – она знает кто такой Аньрулл. Знает очень хорошо.

– Он может многое – продолжил я, максимально понизив голос – Он бог. Бог смерти и владыка Аньгоры.

– Пустой трон его высится над Аньгорой и отбрасывает далекую тень – прошептала Алишана – Но пути к Аньгоре закрыты… никто не знает дорогу. Никто…

– Мы знаем как отыскать дорогу – ответил я – Но для этого нужна твоя помощь. Если ты поможешь – мы отыщем путь и будем идти по нему до тех пор, пока не упремся в Город Мертвых. И там ты отыщешь тех, кто дорог твоему сердцу.

Молчание…

Стоя перед смертоносным воином, я терпеливо ждал, уже не сомневаясь в ее ответе. Глядел в расширенные пустые глаза смотрящие в бесконечность прямо сквозь меня.

– Я, Алишидара Лих Дуорос, приношу тебе клятву верности, Росгард! Клянусь следовать за тобой и выполнять все твои приказы! Отныне ты мой господин, а я твоя слуга! Я буду защищать тебя от всех угроз – даже ценой собственной жизни!