Но я очнулась, это был не сон, и он действительно стоял прямо передо мной, и эти пронзительные тёмные глаза пылали.

Король Хэйдэн Андерс.

Грубый, великолепный, немного страшный, в некотором смысле, но который посылал дрожь через моё тело и заставлял пылать между бёдер, чего не должно было быть. Король Хэйдэн не был похож на других – и уж конечно не на того, за кого я должна была выйти замуж.

Короли происходят из родословных, но не он. Не Хэйдэн. Когда его страна находилась в середине кровопролитной гражданской войны, он пробивался к вершине, воссоединял страну и в одиночку подталкивал её к миру и процветанию чистой железной волей.

Конечно, эти истории были легендой, и я слышала их десятки раз. Но тогда это были не единственные истории о короле Хэйдэне.

Я почувствовала, как моё лицо запылало при мысли о других историях, о которых, принцессы шептались друг с другом, хихикали и краснели. Потому что это были легенды не о способностях короля Хэйдэна, не о его некоролевских началах, о которых мы рассуждали с девочками перед сном. Это были не его татуировки, не его чеканная челюсть или его огромные мышцы, или факт, что он был великолепным, хотя мы, конечно, сплетничали и об этом.

Нет, легенда, которая заставила меня яростно покраснеть в первый раз, когда я это услышала, а затем начались первые грязные, порочные сны, была легендой между его ног.

... Король Хэйдэн был ОГРОМЕН.

Весь. Полностью.

Я чувствовала, как всё моё тело покалывало, пока мои глаза исследовали его мощную грудь и широкие плечи, и эту красивую, высеченную челюсть с его пронзительными темными глазами. Он был не просто крупным мужчиной, не так ли? Я имею в виду, что и ТАМ он тоже был огромен. Правильно?

Что, можно подумать, вы более опытны?

Я прикусила губу и сжала пальцы в кулак, впиваясь ногтями в ладонь, чтобы попытаться вырваться из грязных мыслей, проносившихся в моём сознании относительно стоящего передо мной мужчины, закрывшего нас наедине в моих палатах.

В день моей свадьбы.

Я вздрогнула, чувствуя, как моё сердце замерло, а соски затвердели маленькими бусинами под моим тонким, голубовато-белым платьем.

Меня не радовало то, на что я собиралась пойти. Только долг, который был горькой пилюлькой, которую нужно проглотить. Я имею в виду, король Милтон был ужасен. Он не трогал меня — слава Богу, но я знала, что этот момент настанет. В первую же ночь. Он долго говорил о том, как он собирается «сделать меня женщиной» после нашей свадьбы и как он собирается «спать» со мной.

Ужас.

Милтону перевалило за шестьдесят лет, и он был потный, старый и отвратительный. У него было три любовницы, о которых я уже знала, он пах как пережаренный бифштекс, а его дыхание было тошнотворным.

Но, он выплатил немалые долги моих родителей, и взамен потребовал приз.

Меня.

Мои родители были против этой идеи – особенно мама. Но я понимала, что это на благо моей семьи и Королевства Арбор.

Необходимо было принести жертвы, поэтому я обручилась с самым грубым королем в мире. Ну, или, по крайней мере, должна была.

Но когда король Хэйдэн подошёл ближе и вдохнул в меня жизнь, когда его руки скользнули по моей талии, чтобы притянуть меня к себе, заставив мою кожу плавиться, я уже не была так уверена в намеченных целях.

Я захныкала, когда моё тело вжалось в его, ладони прилипли к его груди, и моё сердце подскочило до самого горла. Я ахнула, чувствуя настойчивую хватку и жар в его глазах. И

когда его большое, твёрдое тело прижалось к моему, я почувствовала, как дрожь и средоточие желания, соединились между моими бёдрами.

И потом я почувствовала это. Я почувствовала, как что-то ГРОМАДНОЕ упирается в мой живот, и ахнула.

Это не могло быть реальностью, не так ли? Как такое возможно?

Моя голова закружилась, и мне показалось, что тепло комнаты запульсировало сквозь меня, когда он притянул меня к себе. Одна рука скользнула по задней части моего белого свадебного платья, скользнула в тщательно сложенные кудри моих светлых волос, запутываясь в них. Он потянул за них достаточно, чтобы заставить моё сердце биться, когда наклонил мою голову назад, и его глаза сверкнули.

— Я считаю до трёх, принцесса, — прорычал он, заставляя меня дрожать. Я чувствовала, как толстая выпуклость под его чёрным смокингом пульсирует напротив меня, превращая меня в лужу, и я потеряла себя в его глазах.

— На три, я беру то, что принадлежит мне.

Я застонала.

— Если ты этого не хочешь, прикажи мне уйти, — прошипел он, его челюсть сжалась. — Но сделай это до трёх, потому что после этого я не остановлюсь.

Его рука сжалась на моем теле, и я почувствовала, как мои бедра изогнулись, словно у них был собственный ум, или, как будто они были генетически запрограммированы на это.