– А сколько же прошло лет, как император завоевал вашу планету?
– Задал ещё один не дававший ему покоя вопрос Винс.

– Десять лет.
– Печально вздохнул Боргэс.
– Десять лет рабства и власти императора на Мантаре. Десять лет, как больше не существует великой армии.

Винс понял, что воспоминания для Боргэса стали слишком болезненными, поэтому, он, прекратив задавать вопросы, погрузился в свои мысли, в которых снова вернулся домой, на Землю, с которой вот уже как месяц был похищен. После похищения он был рабом-воином, и вот теперь стал беглецом. Кем же ему предстоит стать дальше? Из этих размышлений его вывел предостерегающий крик Пина.

– Посмотрите на небо!
– Кричал малыш, указывая рукой назад на небо.
– Кажется. Там императорские аппараты.

Посмотрев, куда указывал Пин, все увидели быстро приближающиеся в их направление два летательных аппарата.

– Быстро, все в укрытие.
– Скомандовал Боргэс, уже успевший присмотреть место для укрытия, и направляющий туда своего гриджа.

Не прошло и двадцати секунд, как все заехали в наполовину разрушенный дворец, выбранный Боргэсом для их укрытия.

– Похоже, нас всё-таки заметили.
– Обозлёно сообщил Винс, осторожно выглянув наружу из окна.
– С одного из аппаратов высаживают десант.

– Вряд ли они нас заметили.
– Тоже устроившись возле окна, рядом с Винсом, решил Боргэс.
– Они хотят обыскать местность, а если бы заметили, что мы спрятались здесь, то уже обстреливали бы нас из орудий.

Тившо и Солийс устроившись возле соседних окон, стали наблюдать за высадкой вражеского десанта. Этим временем Гок и Пин отвели всех гриджев подальше в глубь дворца, так, чтобы оттуда не доносились издаваемые животными звуки, которые могли привлечь внимание уже полностью спустившегося в развалины десанта.

Для спуска с зависшего в тридцати метрах над развалинами аппарата, императорские солдаты использовали тросы и какие-то приспособления, на подобие альпинистских, что позволяло производить быстрый и в то же время, надёжный спуск.

– Тридцать четыре солдата.
– Недовольным шёпотом сообщил остальным Винс, успевший посчитать, сколько десантников спустилось с аппарата, который по своим размерам, был с футбольное поле.

– Проклятие на наши головы! Их слишком много!
– Выругался Боргэс, покрепче сжав ружьё, из которого он целился в рассыпавшихся вокруг императорских десантников.
– Если нас обнаружат, это будет наш последний бой.

– Это мы ещё посмотрим, для кого будет последний бой.
– Обозлился Винс с того, что вселявший всё время в них уверенность Боргэс, стал теперь, раньше времени, хоронить их.

– Смотрите, семеро направляются в нашу сторону.
– Предупредил остальных Тившо.

Переключив внимание на семерых десантников, приближающихся к руинам дворца, в котором они прятались, Боргэс стал разрабатывать план действий.

– Их нужно снять без какого-либо шума. И только, когда они войдут внутрь, и будут невидимы для остальных солдат.

Следуя этому плану, все сменили ружья на мечи и ножи. Хотя лучевые ружья и производили не очень много шума при стрельбе, но всё же для большего эффекта при бесшумном уничтожении врагов, решили применить холодное оружие.

Боргэс дал принцессе знак рукой, чтобы она оставалась у окна. Винсу же и Тившо он показал, чтобы те переместились ближе к входу.

Когда все заняли свои новые позиции, при этом с них все могли всё так же вести наблюдение за происходящим снаружи, Боргэс погладив свой небольшой топор, у которого было расстроённое лезвие, стал снова внимательно наблюдать за рыскающим поблизости вражеским десантом. Те семеро солдат, к чьему приходу приготовились беглецы, уже стали подниматься по наполовину уцелевшей лестнице к входу во дворец.

Небольшая группа солдат продвигалась в том направление, какого недавно придерживались беглецы. Неожиданно, с ужасающим рыком, из развалин, к которым приблизилась эта группа солдат, выскочил какой-то огромный, безобразный монстр.

Не успел ещё никто из солдат опомниться, как монстр, схватил одного из солдат сразу двумя своими головами, а верней украшающими их огромными пастями, которые усеивало множество огромных, острых клыков. Бедняга солдат только и успел раз вскрикнуть, как был разорван пополам, после чего, отпустив разорванное тело, монстр повернул свои головы в разные стороны и схватил каждой пастью по не успевшему отскочить солдату. Одновременно с этим, монстр одной из восьми своих лап ударил ставшего стрелять в него из пистолета офицера.

Получив удар когтистой лапой, офицер с пробитым панцирем и грудной клеткой, отлетел назад метров на десять.

Бедняги солдаты, которых монстр постепенно разжёвывал, были ещё живы и орали от боли, словно безумные. Остальные солдаты, наконец, пришли в себя и открыли стрельбу по монстру.

Было невероятно, но монстр после десяти попавших в него лучей, был жив, и казалось, только ещё больше рассвирепел. Отпустив свои жертвы, он ещё более ужасней рыча, чем при своём появлении, бросился к ближайшим солдатам, однако, добраться к своим новым жертвам ему не удалось, так как один из солдат, на вооружение которого была ручная пушка, успел вовремя произвести выстрел из своего грозного оружия.