– Странно, она совсем не выглядела человеком, который хочет умереть, - с недоумением произнесла Аня.

– И я не заметила такого, - опять вздохнула Лина. – Эх, если бы я поняла сразу, что она просит прощения не просто так, а хочет уйти из этого мира без груза на душе от несправедливых обид.

– Где её тело? – спросил я.

– В землянке за стеной посёлка, там сделали отдельный морозильник для тела. Хоронить не стали до вашего возвращения.

– Проводи, хочу посмотреть сам.

Осмотр тела ничего мне не дал. Да и что я хотел понять, увидев мёртвое тело? Сам не знаю. У меня даже мелькнула мысль влить в тело немного своей крови и посмотреть, что же из этого выйдет. Нет, я не рассчитывал вернуть к жизни мёртвую девушку, но мог бы попытаться расспросить о причинах, которые привели к смерти, из расчёта, что слепок души ещё не выветрился из ауры. Но тут же прогнал эту мысль, как кощунственную. Внутри стало мерзко, когда я представил такую картину.

Бегло осмотрев труп, убедившись в отсутствии повреждений на нём, я тут же покинул землянку с мёртвой Хагхой, лежащей на кусках льда, которые сюда принесли из холодильника-погреба, где хранятся продукты. Её точно убил ошейник, а значит, предположения Лины о самоубийстве близки к истине.

«И чего ей не хватало-то, почему женщины такие, блин… женщины, у которых семь пятниц на неделе и иногда они все чёрные?
– подумал я, придя домой. – Как бы Макс теперь с катушек не съехал из-за этого».

К счастью, всё обошлось. После нескольких дней запоя Ежов пришёл в себя и сумел принять и смириться со смертью Хагхи, к которой успел привязаться за короткий срок. Не в последнюю очередь благодаря ненавязчивому вниманию Лины, которая в минуты просветления землянина между уничтожением бутылок с крепким напитком, сумела убедить парня, что никто не виноват в смерти рабыни. Лишь местное общество со своими законами и правилами да гордость женщины-воина, что не захотела жить в позоре.

Далее у меня состоялся разговор с Палычем по радиосвязи. Вышло это не специально, просто совпало прояснение в эфире в Пустом королевстве и момент, когда Ежов пришёл в себя и вернулся в обычный ритм жизнь в посёлке.

– Приветствую, Сан Палыч!

– Взаимно, ваша милость, - рация передала смешок собеседника.

– Э-э нет, теперь бери выше - ваше сиятельство, - вернул я ему усмешку. – Недавно сам король вручил мне графскую корону.

– Ого! Здорово и поздравляю от всей души, Виктор. Не сильно прогнуться пришлось? Потребовал что-то взамен?

Я поморщился от такой прямоты: глава земного анклава в проклятых землях зрил прямо в корень.

– Типа того, - вздохнул я. – Потому и связался с тобой, Палыч. У меня тут серьёзная войнушка на носу намечается. Король, будь он неладен, и меня в неё втянул.

– И что ты от меня хочешь?

– Заначку твою распотрошить. Вот уверен, что у тебя есть что-то очень хорошее и полезное. Например, «град» какой-нибудь или «ураган». Да хотя бы обычную «катюшу» из музея, только чтоб рабочая и с боеприпасами была.

– Эка ты батенька куда хватил! «Град» я тебе не дам, не проси, самому пригодится.

– А есть? – я даже подался к радиостанции, услышав его слова из динамика.

– Не про вашу честь, - отрезал Палыч.

– А что можешь дать?

– Смотреть нужно, - уклонился от ответа собеседник и тут же перешёл сам в атаку. – А давай-ка, товарищ граф, проясним, что ты можешь нам дать.

«Ну, начинается», - мысленно скривился я и вслух поинтересовался. – А чего бы тебе хотелось?

– Всего и много! – хохотнул тот.

– Ага, особенно таблеток от жадности. Палыч, давай серьёзно уже говорить, а? У меня тут самая настоящая война на пороге, а у тебя хиханьки и хаханьки всё. Что нужно? – сказал я, всем своим тоном показывая сильное недовольство.

– Строительных големов или рабочих, как ты их называешь, големопсов, побольше кровавых боеприпасов к винтовкам и пулемётам, доспехи с такой же обработкой… Ещё нужны лечебные амулеты с теми особыми жемчужинами…

– Стоп, стоп, - прервал я мужчину. – Палыч, умерь аппетит.

– Я только начало списка зачитал.

– Вот и остановись на этом, – не принял я шутку. – Отобьюсь от врагов, вот тогда всё будет. Постепенно конечно, сам должен понимать, что не могу я сразу столько всего тебе передать. У тебя там несколько сотен человек, а у меня уже несколько тысяч и все разбросаны по огромной территории. И опасностей не меньше, просто они здесь другие.

– Мне ещё твой Ежов нужен на пару недель, - не обратив внимания на мою предыдущую фразу, сказал Сан Палыч.

– Не отпущу, - категорически заявил я. – Ты его так обработаешь, что парень у тебя и останется. А он у меня здесь работает почти так же, как я сам, то есть, без роздыха.